Чтобы не упасть, мне пришлось откинуться на подушки.
– Одной моей знакомой чародейке тоже крепко досталось, когда она влипла в историю с Антонином. Или я ошибаюсь?
– Ладно, – отмахнулась Тамра. – Нынче не о том речь. Нам необходимо нагнать страху на посла Берфира. Он прибудет сюда через восемь дней. К тому времени ты уже сможешь ходить. Такие, как он и его герцог, уважают только тех, кого боятся. Вот почему желательно, чтобы ты появился перед ним в сером.
– С чего бы это? Я всегда носил коричневое.
– Ты хочешь подвести Кристал? Предать всех погибших бойцов? Хочешь, чтобы этот посол навязал Каси свои условия?
– Никто ничего не может навязать самодержице.
– Это как сказать. Ее армия невелика, и скрыть это от прибывшего сюда посла будет невозможно. Чем она располагает? Мною, тобой и Наилучшими – превосходным, но малочисленным отрядом. Поэтому все мы должны выглядеть как можно более грозно. А коричневый наряд не производит особого впечатления.
– Серое… как я, по-твоему, натяну серые штаны?
– Тоже нашел проблему. Рисса сказала, что вместо шва поставит на левой штанине пуговицы.
– Разве в штанах дело? На эту встречу меня придется везти, да и стоять я не смогу. Вот уж будет впечатление так впечатление.
– Я распоряжусь, чтобы для тебя изготовили еще один посох. В зал приема ты приковыляешь заранее, а когда явится посол, уже будешь стоять там, опираясь на эту жердину. С посохом, да еще в сером, ты любого напугаешь.
– Хорошо. Я оденусь в серое, но только если на этот прием явится и Джастин.
– Годится. Он прибудет. Нас троих будет вполне достаточно. Я уже привезла набор серых кож и отрез серой ткани. Рисса сошьет тебе штаны и рубаху, а ты ей заплатишь.
– Я ей и так плачу.
– Заплати отдельно. Ты же получил золото от Каси.
– Ха! Кто знает, когда мне удастся снова заняться ремеслом. Не помереть бы до той поры с голоду.
Тут я, конечно, покривил душой. Голодная смерть мне не грозила, просто Тамра основательно меня допекла.
– Ну, чем меньше монет в кошельке, тем больше у тебя резонов поскорее исцелиться, – заявила она вставая. – Я скажу Риссе, чтобы зашла прямо сейчас. Ей надо снять с тебя мерку. Надеюсь, ты не отчебучишь какую-нибудь глупость.
Одарив меня на прощание улыбкой, Тамра ушла, и я снова взялся за книгу. Хотя, по правде сказать, смысл прочитанного раздела от меня ускользал.
«…гармоничность Земли представляет собой структурированность гармонии как внутри, так и вокруг хаоса, а потому способный гармонизировать Землю способен гармонизировать и само мироздание, если достанет сил нести бремя печали».
Печаль? Похоже, что как ни манипулируй с гармонией, это непременно обернется для кого-то печалью? А как обстоит дело у мастеров хаоса: у них, небось, нет книги, которая предостерегала бы их насчет печали? Может быть, потому, что им на такие вещи наплевать? А на что им не наплевать?
Вопросов возникло множество, ответами и не пахло, и в конце концов я отложил книгу. После чего задремал.
Поздно вечером, когда давно стемнело, в спальню в верхней одежде и с клинком пришла Кристал.
– Как дела?
Я ухитрился повернуться, свесить обе ноги сразу и сесть. Боль, конечно, никуда не делась, но это было несомненным успехом.
– Получше.
– Это хорошо.
Она коснулась моей щеки быстрым поцелуем.
– А как у тебя?
– Могло быть и хуже. Елена прислала из Расора нескольких новобранцев, включая парочку совсем недурных. Они родом из Южного Оплота, а там культивировались древние боевые традиции. До уровня Западного Оплота тамошнее искусство не дотягивало, но лишь чуть-чуть, и нам это пригодится.
– Пара бойцов? Не маловато?
Прежде чем ответить, Кристал пододвинула ко мне стул и глубоко вздохнула.
– Маловато. Конечно, ими пополнение не исчерпывается, мы ждем прибытия из Спидлара целого взвода, но, – она снова вздохнула, – купечество сетует на военные расходы. Эти идиоты со времен Доррина так ничему и не научились. Не понимают, что защитить их лавки и лабазы может лишь сильная армия, а чтобы иметь сильную армию, нужны деньги.
– Тамра сегодня заходила.
– Она мне сказала, что заскочила тебя повидать.
– А рассказала о своем намерении нагнать страху на Берфирова посла?
– Она все такая же резкая, правда? – Кристал рассмеялась, но в се смехе прозвучали грустные нотки.
– Да уж, ее не исправишь.
– Ну а что ты скажешь об этой затее?
Я осторожно пожал плечами.
– Вообще-то Тамра права. Войско у Каси невелико, а люди, подобные Берфиру, уважают только силу. Значит, надо продемонстрировать им некое подобие силы.
– Я тоже так думаю. А получится?
– Должно получиться. Деваться-то некуда.
– Ты определенно идешь на поправку.
– А ты, надо думать, устала, – сказал я, справившись с приступом головокружения.
– Очень.
Сидя на кровати, я подался к Кристал, провел пальцем по ее щеке и погладил опущенные, расслабившиеся плечи. На этом возможности правой руки оказались исчерпанными, она еще слишком болела. Я пустил в ход левую и принялся разминать ей шею и верхнюю часть спины.
Кристал сидела, уронив голову: массаж явно доставлял ей удовольствие. Мне тоже.
XXXIX
На следующее утро, когда Кристал, поднявшись затемно, стала облачаться в мундир, я тоже слез с кровати и, ковыляя, доплелся до стола. После посещения Тамры стало ясно, что времени разлеживаться у меня не так уж много. Да и самочувствие мое, к счастью, позволяло не бездельничать после того, как Кристал уйдет в казармы.
Мне было не по себе из-за того, что Кристал уставала и не высыпалась по моей вине. Будь я здоров, она ночевала бы в своих покоях при казармах Наилучших, и ей не приходилось бы тащиться по вечерам за город и вскакивать ни свет ни заря, чтобы поспеть на службу. С другой стороны, меня радовала любая возможность провести ночь вместе с ней.
Рисса водрузила на стол чашку с травяным настоем.
– Вижу, это как раз то, что тебе сейчас нужно.
Нужно – не нужно, но увильнуть возможности не было: пришлось пить. Вкус настоя не восхищал, но в сравнении с кошмарным пойлом, которым пичкали меня раньше, казался приемлемым.
Едва Рисса поставила хлеб, как за стол села Кристал; уже в куртке, с аккуратно причесанными волосами. Ее клинок звякнул, задев ножку стула.
Я погладил ее ногу и улыбнулся, когда она потянулась за своей чашкой чая.
С темного двора доносились голоса и конский храп: охрана седлала лошадей. Рисса поставила между нами миску с сушеными персиками и грушами.
– Ты уходишь, а мне дома торчать, – сказал я Кристал, и она улыбнулась.
– Ничего, скоро и ты будешь ходить.
Дверь приоткрылась, и на пороге появился Перрон.
– Зови всех к столу, – сказала ему Кристал.
– Слушаюсь, командир.
– Они все хотят тебя видеть, – сказала мне Кристал после того, как он пошел за бойцами.
– Меня?
Она хмыкнула.
– Привет, Мастер Гармонии, – промолвил, появившись снова, Перрон.
Хайте и еще двое бойцов, женщина и мужчина, вошли следом за ним и сели за стол. Рисса принесла еще две миски сушеных фруктов и две буханки черного хлеба.
– Чай с травами? – спросила, отламывая кусочек хлеба, незнакомая мне женщина-боец, остроносая брюнетка.
– Да. На вкус не ахти, но считается целебным, – ответил я, взяв кусок хлеба и пригоршню персиков. – Рисса, а сыр есть?
– Только желтый, мастер Леррис.
– Это лучше, чем ничего. Давай сюда.
Когда Рисса положила на стол головку, я, неловко орудуя левой рукой, отрезал себе пару ломтиков и передвинул головку Кристал.
После того как все стражи взяли по ломтику-другому сыра, хотя круг вроде бы был не маленьким, осталось всего чуть-чуть. Что ни говори, а быть консортом командующей удовольствие не из дешевых, хотя в глаза это не бросается.
– Как это получается, что ты, маг, не можешь себя исцелить? – задала вопрос Хайтен.