– Ты не против, если я заеду попозже? Я верхом, а под древесину нужен фургон.
Он кивнул.
– Ма… с… тер, – прозвучал незнакомый голос.
Рядом со мной стоял молодой человек с кривой ногой.
– Вигил, не беспокой мастера, – мягко сказал Фаслик.
– Какое беспокойство? – я присмотрелся к парню, и он показался мне больше похожим на преждевременно выросшего и раздавшегося в плечах мальчишку. – Ты хотел что-то спросить?
– По… по… к… казать. Взг… г… ляни.
Из складок туники он извлек резную крылатую фигурку с женским лицом и струящимися волосами.
– Ты… может…
Паренек осекся и молча протянул статуэтку мне.
– Он всегда такой был, – пояснил Фаслик. – Славный парнишка, старательный, но ему трудно выразить, что он имеет в виду.
Статуэтка понравилась мне с первого взгляда, а вчувствовавшись в нее, я испытал потрясение. Каждая линия резца следовала природному изгибу волокон.
– Ты сам ее вырезал?
Заика кивнул.
– Я ж говорил, он старательный, – заметил Фаслик.
– Ты не понимаешь, эта вещь лучше, чем мог бы сделать я. Гораздо лучше.
Фаслик разинул рот. Вигил тоже.
– Я умею мастерить мебель, и совсем неплохо, но такое искусство! Вигил, хотел бы ты выучиться на столяра? Я могу рассказать тебе о дереве все, что знаю, и научить работе с инструментами. Только имей в виду, работа столяра нелегкая. Она требует не только способности, но и аккуратности. В мастерской должно быть чисто, и столяру приходится не только мастерить красивые вещи, но и содержать в порядке рабочее место. Тебя это не смущает?
– Нн-ет-чищу-лес-ссопил-лку.
Он взглянул на своего отца. Я тоже.
– С твоего благословения, Фаслик, я бы взял его в подмастерья.
– Но ты не обязан, мастер Леррис, – он опустил глаза.
– Обязан, не обязан. Я раззвонил на весь Кифриен, что ищу ученика, а о тех, кто находится рядом и самым тесным образом связан с деревом, даже не подумал. Для меня он просто находка! Правда, – я сглотнул, – как насчет лесопилки?
– Бб-ратья, – заикаясь, выговорил Вигил.
– А, его братья.
– Сколько возьмешь за обучение? – прищурился Фаслик.
– Обойдусь без платы, но было бы неплохо, чтобы ты помог ему с инструментом. У меня только один комплект.
– Недаром все говорят, что ты хороший человек, хотя чужеземец и чародей, – медленно произнес Фаслик.
– Я и вправду не ем учеников. Пусть имеет в виду, что я бываю в отлучках и порой буду оставлять мастерскую на него. И еще, Вигил, со временем мы отгородим тебе комнатушку, но пока будешь спать в общем помещении для стражей командующей. Правда, они ночуют далеко не всегда…
– А его нога, мастер Леррис? – перебил меня Фаслик. – Не помешает?
– Ничуть. Я видел, как он управлялся с твоими бревнами. Одна нога у него здорова, значит, на станке с ножным приводом он работать сможет.
– А ты уверен?
– Если сомневаешься в моих словах, отведи как-нибудь в сторонку Риссу и порасспрашивай ее, – перебил его я, отдавая пареньку статуэтку. – Сохрани ее, Вигил.
Вигил смотрел на меня во все глаза.
– Когда ты сможешь приступить?
Парнишка пожал плечами и посмотрел на отца.
– Надо маленько подготовиться, да и инструменты справить, о которых ты говорил… скажем, через восьмидневку.
– Годится. – Я улыбнулся пареньку. – Жду тебя через восемь дней.
– Ссспа-ссибо.
– Очень рад, что мы встретились.
Насвистывая (и пребывая в уверенности, что Фаслик за моей спиной качает головой), я направился обратно к Гэрлоку. У меня зародилась надежда на то, что в ходе обучения мальца тонкостями столярного ремесла мне и самому удастся перенять кое-что из его удивительного искусства резчика.
Гэрлок при моем приближении фыркнул: может, ему не понравился свист, а может, захотелось поставить меня на место.
Когда я вернулся, Риссы дома не было. То ли она отправился к Брин за яйцами, то ли на мельницу Хирста за мукой, то ли еще куда-то за чем-нибудь, в чем мы нуждались, но о чем у меня не имелось ни малейшего представления.
Пока я устраивал Гэрлока в стойле, она появилась с лукошком яиц.
– Ты не говорил, что сегодня тебе понадобится фургон.
– Я не знал, будет ли у Фаслика нужная древесина.
– Командующую к ужину ждать?
– Обещала быть.
– Обещала…
Рисса покачала головой и ушла на кухню. Я заложил фургон, взобрался на козлы и щелкнул вожжами.
На лесопилке Вигил погрузил каждое бревнышко и брус с таким старанием, словно имел дело с золотом, причем работал так вдохновенно, что, запечатлев его лицо в резьбе, я наверняка обессмертил бы свое имя, стяжав славу великого ваятеля. Но такая задача была мне не по плечу.
– Надеюсь, тебе понравится у меня работать, – сказал я пареньку. – Хотя порой будет и нелегко.
Вигил на миг опустил глаза, а потом вручил мне фигурку. Отказаться я не мог, но твердо решил, что принимаю ее не в подарок, а лишь на хранение.
К глазам парнишки подступили слезы, да и мои тоже стало пощипывать. Как, наверное, непросто приходится обладателю дара столь редкого, что лишь немногие способны его оценить.
По возвращении домой я отнес статуэтку в спальню и поставил на столик, чтобы первой ее увидела Кристал. Потом мне пришлось заняться разгрузкой дерева, а до чистки кобылы дело дошло лишь, когда на конюшне появились Перрон и Кристал.
– Ты хоть когда-нибудь прерываешь работу?
Я прервал работу и обнял ее.
– Где был?
– Ездил за деревом для новых заказов.
– А, тот письменный стол…
– Да, и еще ларь для специй, – добавил я, отложив щетку и закрыв дверцу стойла.
Мы вместе вычистили коня Кристал, потом помылись, а я, пока Рисса накрывала на стол, успел еще и побриться. На кухне нас уже дожидались Перрон и трое стражей.
– Что нового на лесопилке?
– На лесопилке? На лесопилке мне удалось наконец найти себе подмастерье.
Рисса, поглядывая на меня с подозрением, водрузила на деревянную подставку посреди стола большую кастрюлю.
– И как же ты выискал такое чудо?
Перрон покосился на хлебную корзинку, оставленную Риссой у плиты. Джинса ухмыльнулась Деркасу.
– Это сын Фаслика… Вигил, его младший.
– А, который вырезает, – пробормотала Рисса.
– Ты о нем знала?
– Он резчик. Почем мне было знать, что тебе нужен резчик, художник? – буркнула она, пожимая плечами.
– Рисса…
Джинса тихонько рассмеялась, Кристал покачала головой, и я умолк. В конце концов Рисса все равно останется при своем мнении.
– Вигил приступит к делу через восемь дней.
– А не напугает его тяжелая работа? – спросила Кристал.
– Не знаю, но работа на отцовской лесопилке тоже тяжелая, но более нудная и однообразная. А древесные отходы для занятий резьбой найдутся и здесь, у нас. Возможно, что-то из его резьбы пойдет на украшение мебели.
Я прокашлялся, отпил холодной воды (клюквица вышла, а покупать ее в межсезонье, по высоким ценам, у меня охоты не было) и добавил:
– Кристал, ты ведь сама без конца долдонила, что мне нужен подмастерье.
– Говорила, и рада, что ты наконец им обзаведешься. Надеюсь только, что это не станет предлогом для постоянных отлучек по колдовским надобностям.
– Больно нужны мне эти отлучки. Можно подумать, дома нечем заняться.
Зачерпнув половник козлятины с более чем пряной подливкой, я добавил порцию в тарелку Кристал, потом положил себе и передал черпак Джинсе, которая себя не обделила.
– Что поговаривают о торговле оливками?
Мне хотелось сменить тему, а вопрос о торговле оливками возник в голове сам по себе, не иначе как вследствие недавнего общения с Хенсилом.
– Плантаторы и торговцы оливками беспокоятся насчет пиратов. Говорят, что самодержец не в состоянии обеспечить безопасность торговых путей до Била и Джиры, не говоря уж о Нолдре.
– Но как может самодержица контролировать морскую торговлю? Разве у нее есть военный флот?
– В том-то и дело.
– А ты полагаешь, что за этими толками и недовольством стоят происки Хамора?