Я призадумался.
Чародейский тракт открывал хаморианцам путь не только на Теллуру и Мелтозию, но и на Галлос. Может быть, Лейтррс нацелил первый удар против префекта? Но есть ли в этом смысл: укрепившись в Кифросе и захватив Расор, войска императора смогут обойти Галлос с обоих флангов. Тогда пал бы и Кертис, если он уже не пал. Информации у меня было до обидного мало. Но в любом случае, овладев Кифриеном, хаморианцы могли бы двинуться на Расор по реке и приречному тракту.
Для белых чародеев прокладка дорог являлась способом установления своего господства. Хамор до сих пор не упускал ни одной возможности утвердить свою власть. С чего бы ему упустить эту?
Учли ли такую возможность Кристал и Каси? А может быть, я чересчур полагаюсь на чувства, тем паче, довольно смутные?
Внизу прокатилась еще одна волна хаоса. Увы, это никак не могло мне почудиться.
Не стоит ли мне наведаться в Расор? Повидаться с Кристал (я уже изрядно по ней соскучился) и поделиться своими тревогами. Если все происходящее – не игра моего больного воображения, Кифросу грозит серьезная опасность.
Я встал и, глядя на предзакатное солнце, окликнул Риссу. Чтобы выехать завтра с рассветом, нужно было отдать все необходимые распоряжения и загодя собраться в дорогу.
LXXXII
Пока я седлал Гэрлока и приторачивал вьюки с припасами и инструментами, пони аж приплясывал от радостного нетерпения. На дворе мне на глаза попались сестренки Джиди и Мирла, сидевшие на лавочке рядом со своей хижиной. Надо отдать Гайси должное, свое скромное жилище она содержала в чистоте и порядке.
Еще один мешок с провизией оставался на кухонном крыльце, и когда я вел Гэрлока туда, Джиди помахала мне ручонкой. Из мастерской с веником в руке высунулся Вигил: напоминать ему о необходимости содержать помещение в порядке уже давно не приходилось. На время моего отсутствия парнишка получил задание: довести до ума наброски столового гарнитура и закончить начатый дорожный кофр. Кроме того, ему было предложено заняться поделками для Джахунта и подумать о возможности прорубить в своей каморке оконце. Больше мне ничего на ум не пришло, ведь заказчиков, кроме Антоны, у нас не было.
– У-удачи, м-астер Л-лер-рис!
– Спасибо, Вигил. Скорее всего, я вернусь не раньше чем через восьмидневку, а может, задержусь и подольше.
Приторочив мешок со снедью позади седла, я повернулся к Риссе.
– Тебе как, на хозяйство хватит?
– Ежели нынче, когда мы обзавелись курами, я не смогу обойтись пятью золотыми в сезон, меня следует вздернуть. Правда, будь у нас корова или несколько козочек, я смогла бы делать собственный сыр.
Я пожал плечами.
– И во сколько они обойдутся, эти несколько козочек?
– Видишь, какой у нас мастер Леррис заботливый, – промолвила Рисса, обращаясь к Вигилу. – Не скаредничает, хотя деньги добывает нелегким трудом.
– Так все-таки, сколько?
– Козы недороги, а сыр – это прекрасная еда.
Поняв, что к чему, я спешился и развязал кошель. Кончилось тем, что Рисса получила еще десять золотых, на тот случай, если ей удастся приглядеть телочку, из которой со временем может получиться дойная корова. Зная Риссу, я подозревал, что по возвращении телочка встретит меня мычанием. Хозяйство мое разрасталось довольно быстро, но управляться с ним пока удавалось. Девчушки приглядывали за курами и собирали яйца, а Гайси помогала убираться в доме и даже, по собственному почину, принялась выгребать навоз из конюшни, высвободив тем самым Вигилу время для работы в мастерской.
Наконец мне удалось снова взобраться в седло.
– Будь поосторожнее, мастер Леррис, – напутствовала меня Рисса.
– Постараюсь.
По правде сказать, то, как разворачивалась события вокруг Кифроса, равно как и соображения, которые мне предстояло обсудить с Кристал, а то и с самой самодержицей, вызывало сильные сомнения в том, что мне действительно удастся поберечься.
– Постараюсь, – хмыкнула Рисса. – Вот и Фарас так говорил.
Я промолчал, ограничившись улыбкой и прощальным взмахом руки. Рисса упомянула это имя впервые: возможно, так звали ее мужа, вроде бы убитого разбойниками.
Как в большинстве случаев, путь мой пролегал через город, в том числе и через рыночную лошадь. Народу там было меньше, чем обычно, но она все равно полнилась гомоном.
– …вот я ей и говорю: Хездра, с чего ты взяла, будто всегда будешь жить в этаком домище да носить такие наряды? Что у тебя есть, кроме ладной фигурки да смазливой мордашки? Это, знаешь ли, богатство недолговечное. Следи, говорю, за собой, а не то придется тебе вернуться в «Зеленый Остров», зарабатывать передком золотые для Антоны…
– …Антона нынче стала важной особой…
– …и не диво, ум у нее острее клинка…
– …лучшая сдоба в Кифриене…
– …видит только улыбку… что ждать от девицы… медяки за хлеб… медяки в наше время не так легко достаются…
– …пряности… предохраняющие средства для кладовых… сберегут даже в жару…
– …черствый хлеб… черствый, но съедобный. Всего полмедяка за каравай!
– Сталь! Добрые стальные клинки!
– …толкуют, будто солнечные дьяволы уже в Джеллико. Скоро они явятся к нам, невзирая на самодержицу и ее чародеев…
– …наши чародеи сильны…
– …супротив машин из холодной стали…
Я вовсе не считал себя слишком уж сильным чародеем, и услышанное на рыночной площади отнюдь не прибавило мне бодрости. Равно как и вид осиротелого, с затемненными окнами дворца самодержицы.
Дорога на Расор начиналась от ворот, называвшихся южными, хотя в действительности они выходили на юго-восток. Наверное, на лодке если не до самого Расора, то, во всяком случае, до шлюзов Фелсы можно было добраться быстрее, однако по мелководной реке Фроан проходили лишь лодки и плоты с небольшой осадкой, какие не могли взять на борт горного пони. А обратный путь вверх по течению обошелся бы мне в целое состояние.
Приречная дорога на большей части своей протяженности была не слишком широкой, на ней могли разъехаться только два фургона, но зато мощеной. Впрочем, в Кифросе и глиняные проселки раскисали только зимой, но вот от пыли деться было некуда. Хотя мы ехали по каменным плитам, красная пыль вздымалась на каждом шагу, висела в воздухе и липла ко всему, к чему можно и нельзя.
Мы еще не успели добраться до первого, находящегося менее чем в двадцати кай от города моста, переброшенного через реку Милдр у места се впадения во Фроан, а шарф, который я выкроил из старой рабочей рубахи, чтобы повязать им голову, сделался липким и красным. Как, впрочем, и моя потная физиономия, не говоря уж о носовом платке, которым я пытался эту физиономию вытирать. И это при том, что через каждые несколько кай я стирал платки, мыл руки и умывал лицо.
Дорога была почти пуста, лишь изредка по ней катили из Кифриена порожние фермерские фургоны. Только оливковые рощи зеленели как обычно: похоже, оливки могли пережить любые катаклизмы.
Первая ночь застала меня на постоялом дворе ниже по течению городишки под названием Хипривер. Судя по всему, путники там не останавливались довольно давно, по меньшей мере несколько восьмидневок. По всей видимости, люди боялись нападения со стороны моря. Угроза насилия зачастую оказывается страшнее самого насилия.
Одолевая кай за кай однообразного, утомительного пути, я к полудню четвертого дня добрался до Фелсы, населенного пункта, стоявшего на стреловидной скале, вдававшейся в воду на месте слияния Фроана с маленькой речушкой Сурбал. Ниже Фелсы Фроан устремлялся в Предвратную теснину, а потом изливался на равнину.
Стены Фелсы были не слишком высоки, ибо цитадель стояла на отвесных утесах не менее двадцати локтей высоты. Другое дело, что каменное основание было мягким и постоянно подмывалось течением. Стены приходилось переносить каждые несколько лет, и поговаривали, что нынешний город стал на двести локтей уже, чем в те времена, когда им правили из Фенарда. Северные ворота, выходившие на дорогу из Кифриена, были высокими и прочными, однако они не смогли бы задержать армию, тем паче что уже десять веков ни одно войско не спускалось к Фелсе по реке. Эта крепостишка не могла стать для Лейтррса серьезным препятствием.