- Я не против, - скромно ответила Валя. И взяв пару печенек, передала их Джерту. Парень просто засиял от такой доброты девушки. Ганс лишь вздохнул.
Вальтеру же не нравилась эта странно зародившееся дружба. Это ведь дружба? Конечно хорошо, что Валя не боится этого лейтенанта, но лучше, чтоб держалась от него подальше. И вообще… он же её допрашивал! А все знают, что этот сладкоежка далёк от сладкого мальчика во время своих «бесед».
- А может и правда хорошая идея, - подхватил Ганс, - Да и к тому же Исаак меньше всех из нас похож на полицейского. Поэтому даже если его и заметят рядом с Валей, с нами или с делом не свяжут. Мало ли какие могут быть отношения у молодых людей.
Тут все услышали скрип зубов, но никто не понял от кого. Хотя наверняка, все догадывались.
- Ладно, но я всё равно буду лично проверять и по возможности приезжать, - согласился наконец Вальтер.
- Да ради Бога! Никто тебе и не мешает, - развёл руками Мюллер. А сам думал, как же хорошо всё обернулось. Ведь Исаак - это отличная возможность приглядывать не только за девушкой, но и за самим Вальтером. Ведь и дураку понятно, что детектив всё равно не оставит девушку на полное попечительство молодому помощнику.
Так и решили. За Валей отныне стал тенью следовать Исаак, к себе, не привлекая абсолютно никакого внимания. Парень часто сидел в кофейне, где работает девушка, и просто попивал кофе с десертами, абсолютно не выделяясь из общей массы посетителей. Вальтер же тоже стал чаще наведываться в кофейню, мол чисто за перекусом, что тоже не выглядело так уж странно.
Ганс же с Джертом можно сказать рыли носом землю, пытаясь вычислить убийцу Саши Хартман, но с каждым днём всё больше убеждались в том, что убийство по всей видимости было случайным. Девушка была не богата, чтоб убивать ради наживы. Врагов не имела. Скорее всего всё останется тайной. Если только убийца сам не зайдёт в полицию с раскаянием в данном преступлении.
Детектив же, наоборот, руки не отпускал, и искал там, где полиция даже не могла помыслить. А именно, Вальтеру не давала покоя та самая повешенная женщина… Марта Вернер.
«Что-то тут не чисто», - думал детектив.
Вальтер сидел у себя в кабинете и в который раз пытался построить цепочку, которая то и дело вела к Валентине…
И раз он решил пересмотреть ещё и дело повешенной Марты Вернер, то пора бы поговорить с человеком, который её видел в последний раз живой.
- Гер Вольф, - в кабинет зашёл Франц, - Пришла фрау Каролина Фокс.
- Уже? Что ж пусть заходит, - как говорится, на ловца и зверь бежит.
- Добрый день! – в кабинет прошла дама средних лет, с выдержанной осанкой, и в строгом костюме. И даже в своём не молодом возрасте, она легко могла привлечь к себе внимание не только мужчин, но и женин. Она имела, несколько, загадочную и даже немного тяжёлую ауру.
- Каролина Фокс?! Добрый день! – Вальтер встал, поздоровался с женщиной и помог ей присесть в кресло перед его столом. Позже вернулся на своё место.
- Простите, вчера не смогла приехать.
- Ничего. Я рад, что вы вообще нашли время и почтили меня своим визитом. Может быть чай, кофе? Франц!
- Да. Чай если можно, - скромно ответила Каролина, опустив взгляд на свои слепленные руки.
- Конечно, - Франц уже оправился исполнять эту маленькую просьбу.
- Что вас связывало с Вернер? – тем временем, Вальтер начал «диалог».
- Мы были подругами. Спасибо! – Франц как раз подал чашечку чая, - Конечно, не лучшими, но общались весьма неплохо.
- Тогда вы можете дать оценку её поступку… - детектив ещё внимательнее впился взглядом в женщину. Он старался не упустить ни детали: движения, дыхание, позы Каролины.
- Если вы намекаете на то, было ли это самоубийство, то нет! – Каролина, наконец, подняла взгляд на Вальтера. Её глаза горели, словно хотели сказать намного больше, но женщина тут же снова взяла себя в руки и опять отпустила взгляд. - Ей не было нужны накладывать на себя руки. Она была… по-своему счастлива, - тихо добавила Каролина. - Жила какой-то своей жизнью. Общалась с миром через свои книги.
- А мужчина? Был? – Вальтер тезисно записывал за Фокс, не отрывая от женщины глаз. За время работы детективом он прекрасно научился писать, даже не смотря на листок с ручкой.
- Вот тут конкретного ничего сказать не могу, - хоть тон голоса Каролины и не поменялся, но вся её фигура несколько сжалась, - Но знаете, я не верю, что у такой женщины как она и никого не было.
- Получается открыто на эту тему вы не общались, и она вам ничего не рассказывала?