В древнейшей иранской книге под названием «Десатир» – собрании учений четырнадцати древнейших иранских пророков (увеличение их до пятнадцати, включением Симкендеша, или «Секандера», будет страшной ошибкой, что нетрудно доказать, опираясь на слова самого Заратушта, приведенные в этой книге) – Заратушт стоит в списке тринадцатым. Этот факт знаменателен. Относительно периода жизни первого Зороастра и его личности западные ученые не дают никакой достоверной информации; их свидетельства расходятся настолько, что сбивают с толку. Среди многочисленных противоречивых сведений, отмечу, древнегреческих классиков, которые пишут, будто Заратушт жил от 600 до 5000 лет до Троянской войны, т.е. за 6000 лет до Платона. А Берос, халдейский жрец, заявляет, что Зороастр был основателем индийской династии в Вавилоне 2200 лет до Р.Х., тогда как позднейшие местные предания сообщают, что он был сыном Пурушаспы и современником Гуштаспа – отца Дария, жившего за 600 лет до Р.Х. Наконец, Бунзен утверждает, что Заратуштра родился в Бактрии до переселения бактрийцев к Инду, которое произошло, как показывает ученый египтолог, в 3784 году до Р.Х. Среди всего этого моря противоречий, к какому же можно прийти заключению? Очевидно, остается лишь одна гипотеза – что все они ошибаются. Подтверждение тому я нахожу в тайных традициях эзотерической доктрины: существовало несколько учителей с этим именем. Платон и Аристотель, столь точные в своих сведениях, вряд ли могли перепугать 200 лет с 6000. Что же касается общепринятой местной традиции, делающей великого пророка современником отца Дария, то она абсурдна даже на первый взгляд. И хотя ошибка слишком явная, чтобы нуждаться в серьезном опровержении, все же скажу несколько слов по этому поводу. Позднейшие исследования показывают, что персидские надписи указывают на Виштаспа как на последнего из династии Кеянидов, правивших Бактрией, тогда как ассирийское завоевание этой страны произошло в 1200 году до Р.Х. Одно это уже доказывает, что Зороастр жил за 1200 или 1300 лет до Р.Х., а не за 600, как то приписывают ему, и что, таким образом, он не мог быть современником Дария Гистаспа, отца которого столь небрежно и так долго путали с Виштаспом, процветавшим шестью веками раньше. Если добавить к этому историческое несоответствие между утверждением Аммиана Марцеллина – будто Дарий уничтожил магов и ввел культ Ахурамазды – и надписью на гробнице этого царя, гласящей, что он был «учителем и иерофантом магизма»; и если добавить другой, столь же многозначительный и весьма важный факт, что зороастрийская Авеста совсем не упоминает о знакомстве ее автора или авторов с мидянами, персами или ассирийцами, а древние книги парсов хранят молчание об этом и не содержат никаких сведений о народах, живших в западных частях Ирана или вблизи него – то дата 600 лет до Р.Х., принятая за время жизни пророка, становится абсолютно невероятной.
Таким образом, можно с уверенностью заключить следующее: 1) было несколько (всего семь, как гласят тайные анналы) Ахуру-астров (духовных учителей) Ахурамазды, которые позднее выродились в Гуру-астров и Зуру-астров - от «Зера Иштар», титула халдейских жрецов или магов; и 2) последним из них был Заратушт «Десатира», тринадцатый из пророков и седьмой, из носивших это имя. Именно он был современником Виштаспы – последнего царя из династии Кеянидов и составителем «Вендидада», комментарии к которому утеряны и от которого осталась лишь мертвая буква. Некоторые факты, изложенные в тайных анналах, хотя и кажутся ученому точной науки лишь преданием, весьма любопытны. Они сообщают о том, что в гигантской пещере, носящей имя Заратуштры в его жреческом варианте, есть некая полая скала, полная испещренных надписями табличек и, и что эти таблички, возможно, когда-нибудь будут обнаружены. Эта пещера, с ее скалой, табличками и множеством настенных надписей, находится на вершине одного из пиков восточного Тянь-Шаня, значительно дальше его стыка с Белор-Таг, где-то вдоль восточного направления. Одно из полуживописных-полуначертанных пророчеств и поучений, приписываемых самому Заратуштре, повествует о потопе, превратившем внутреннее море в мрачную пустыню, называемую Шамо или Гоби. Эзотерический ключ к мистическим верованиям, когда-то легкомысленно названным Сабейской или Планетарной Религией, а потом – Культом Солнца или Огня, согласно легенде, «висит в сей пещере». В этом предании великий Пророк изображается с золотой звездой на сердце, представителем той расы допотопных гигантов, которая упоминается в священных книгах и халдеев, и евреев. И совсем неважно, примут ли эту гипотезу, или же отвергнут. Поскольку отрицание не делает обратное в его жреческом варианте более достоверным, то о ней равно стоило упомянуть.
«За три с небольшим года существования Вашего журнала в нем ни разу не было сделано последовательного изложения философии Вишишта-адвайты. Основанная Шри Рамануджачарьей, она стоит между двумя крайними учениями, известными, соответственно, как адвайта и двайта, и ссылается на те же абзацы в Ведах, что и они, в подтверждение своих собственных идей. Однако, многие моменты следующего диалога могут озадачить как двайтистов, так и адвайтистов. Авторы диалога обещают устранить все недоумения представителей обеих сект. В случае необходимости читатели журнала и наши братья-теософы из мадрасского округа могут обращаться к Шриману С. Партхасаратхи Ийенгару, члену Теософского Общества, проживающему в Трипликане, Мадрас.
А. Говинда Куарлу, член Теософского Общества».
«Что такое мокша? Наслаждение Брахмы (Брахма, Парабрахма, Параматма, Ишвара, Бхагаванта обозначают один и тот же принцип) после отделения или освобождения от всех материальных связей.
Какова природа Ишвары? У него нет плохих качеств, только хорошие; это вечная и вселенская мудрость, всемогущая, принципом и конечной целью которой является истина. Это вселенский Учитель, вездесущий, телом которого является одушевленная (четана) и неодушевленная (ачетана) природа; и он совершенно отличен от Дживы».
Если «Брахма, Парабрахма, Параматма, Ишвара, Бхагаванта обозначают один и тот же принцип» и все они неизменны, несотворены, неуничтожимы, всемогущи, вездесущи; если, опять же, его основой и конечной целью является истина», и если в то же время «у него нет плохих качеств, а только хорошие», то мы скромно осмеливаемся спросить, где тогда, согласно философии вишишта-адвайты, зарождается и находится зло в этом всепроникающем и всесильном добре?
«Какова природа Дживы? Джива присутствует в природе Брахмы как мудрость; она подчинена Брахме и является неделимой (духовной) частицей (монадой); не может быть ни создана, ни уничтожена; неизменяема per se и бесформенна; и все же отлична от Ишвары».
Если монада, или Джива, «отлична от Ишвары» и все же «неизменна per se, несотворенна и неуничтожима», в таком случае, приходится признать, что в нашей Вселенной существуют не только две, а бесчисленное количество отдельных сущностей, несотворенных, неуничтожимых и неизменных! Если ни одна из них не создала другую, тогда они, по меньшей мере, равны и обе бесконечны; тогда мы имеем две бесконечности плюс бессчетное количество дробных долей. Эта идея, если мы ее правильно понимаем, кажется нам еще менее философской, чем еврейское и христианское представление о Боге, который, будучи бесконечным и вездесущим, проводит вечность в создании из самого себя душ, которые, хотя и созданы, становятся бессмертными, то есть вечными, и вынужденные где-то находиться, должны либо толпиться за пределами Вездесущего Присутствия, либо слиться с ним, то есть потерять свою индивидуальность, подобно меньшему пламени, поглощенному большим. И снова, если Джива «наличествует в природе Брахмы как мудрость» и тоже вечна, неуничтожима и неизменна, как и оный, тогда в каком аспекте она «отлична» от Брахмы?