И, словно бы на прощание, я узнал от своей матери, что виделся с ним один раз, когда мне было шесть лет. Это произошло в ноябре 11-го года после похорон Али Хайдара, одного из казанских учеников Хайдара Баша. Мы были вместе в доме родителей погибшего, когда он приезжал в Казань, чтобы сопроводить Али Хайдара в лучший мир…
Хвала Аллаху!
Этот Человек стремился привести народы к Миру и Единству под знаменем Ислама. Ведя влиятельную общественную и культурную деятельность в Турции, Хайдар Баш был одинаково близок и открыт для каждого из своих учеников. Будучи очень скромным, он был тем, кто отстаивал Истину, объединяя суннитские и шиитские миры. Он ведь просто хотел Счастья для людей!
И перед тем, как Вы начнёте читать мой рассказ, я хочу призвать Вас, всех мусульман и просто неравнодушных людей к продолжению великого дела Хайдара Баша.
Заканчиваю предисловие словами из его заключительной речи, произнесенной на третьем международном симпозиуме, посвященном Ахлюль-Бейт:
«Принятие Ислама тюрками произошло благодаря влиянию (благодати) Ахлюль-Бейт. После того как Имам Хусейн бин Али стал мучеником за веру (шахидом) в Кербеле, внуки Святого Пророка (мир ему и благословения Аллаха), переселились в Туркестан, и избрали местом пребывания Хорасан и Мавераннахр. Начиная с VIII-го столетия потомки Имама Хасана и Имама Хусейна распространились в областях Ирана, Хорасана, Дэйлама, Табаристана и Туркестана. Вслед за этим со стороны Имамов Ахлюль-Бейт последовал призыв тюрков к Исламу — призыв, наполненный любовью.
Но с течением времени отношение к Ахлюль-Бейт изменилось, они были преданы забвению, это и предопределило падение Османской Империи.
Возрождение Тюрко-исламского мира до его былого величия возможно только на основе правильного понимания значения Ахлюль-Бейт.
Необходимо объединиться вокруг Тюрко-исламского самосознания, а не разделяться, не расходиться во мнениях, мы не должны дать ни единой возможности для раздора. Нам следует создать Исламское братство. И фундаментом для нас в этом деле должны стать Ахлюль-Бейт.
Резюмируя сказанное, мы заявляем: шиитский и суннитский миры однозначно должны быть вместе и едины».
14 апреля 2020 года
Смерть имама
Посвящается Хайдару Башу Трабзони, мир ему и его делу, милость Аллаха и Его благодать в обоих мирах
Имам Ахмад лежал в своей постели. У него был жар — и лекарь сказал, что он проживает свою последнюю ночь. В этот поздний час имам был окружён друзьями и родными. Они желали стать ему облегчением и прохладой, дабы ибн Ханбаль смог уйти из этого мира покойно. Мужчины и женщины плакали, будучи благодарными за жизнь рядом с ним и горюя из-за его ухода. Он был другом Аллаха — и сражался за справедливость, выносил страшные муки ради счастья окружающих его людей. Будучи очень скромным, Ахмад называл себя обычным мусульманином, ищущим правду и рассказывающим об этой правде другим. Но люди запомнили его великим любимцем Всевышнего, борцом за Истину, готовым отдать жизнь во благо Мира и всех людей. И сейчас, находясь на смертном одре, ибн Ханбаль продолжал своё дело…
Близкие начали петь «Ля иляха илля Ллах», слова, значащие «Нет богов и нет господ — есть только Аллах». Лицо Ахмада ибн Ханбаля покрывалось испариной. Друзья и родные не замечали этого, потому что с закрытыми глазами размеренно и грустно читали строки Мироздания, будто колыбельную, чтобы имам смог произнести их перед смертью, придя в сознание в одно из последних мгновений. Ведь Пророк Мухаммад — над коим мир, благословения Всевышнего, чего мы просим и для других пророков, — говорил
«тот, кто перед смертью произнесёт:
„Нет богов и нет господ — есть только Аллах“,
будет рядом с Создателем миров».
Мусульмане проникновенно пели, прося сердцами у Аллаха именно этого, а на подушке голова спящего имама немного покачивалась…
* * *
— Ахмад ибн Ханбаль! Ахмад ибн Ханбаль! — средь тьмы грёз имам услышал чей-то низкий, величественный и спокойный голос. Поначалу он не видел зовущего. Вдруг тот предстал перед ним, приземлившись резким падением сверху. На корточках, но левой ногой на носке, а правой на стопе, опираясь на левый кулак между ними и откинув правый в сторону, с опущенной головой так, что белые как снег длинные прямые волосы закрывали его лик, пред имамом стоял дух, изливающийся ярким свечением, с огромными раскинутыми чёрными как смоль птичьими крыльями. Полотно его одеяния, расстилающееся до средины бёдер, закрывало кожу цвета утренней звезды, а рукава продолжались до кистей лучезарных рук. Складки на опущенных до щиколоток штанинах были подобны волнам бушующего моря. А его сандалии паломника напоминали о Доме Святого.