Через день перед полковником лежала исчерпывающая информацию. Судья, Альгидас Калныньш, действительно покинул страну после дела следователя-маньяка и уехал в Латвию. Возраста он был почтенного, жил под Ригой с момента переезда, занимался сельским хозяйством. С ним проживал сын с семьей.
Кроме того, удалось отыскать следователя прокуратуры, который вел дело извращенца из ГБ. Тот работал до самой пенсии в прокуратуре, а теперь состоял на должности консультанта там же.
Мельчинский очень оживился. Первым делом он, конечно же, начал вызванивать следователя. Мужчина его внимательно выслушал и ответил следующее
- Знаете, пан полковник, я ведь уже не служу Закону, а потому могу сделать выбор по совести. А она мне подсказывает, что пусть Наталья Руженицкая доживает свой век спокойно, не надо ее тревожить.
- Пан Михал, я знаю, что дело было отвратительным, и пани, которую мы ищем – жертва. И виноват в этом покойный Бжезинский, совершенно мерзкая личность. По совести, весь наш отдел на стороне убийцы. Но беда в том, что мы служим еще Закону. Думаю, вы и сами не редко сталкивались с тем, что убийца заслуживал больше сострадания и оправдания, чем жертва.
- Вы абсолютно правы. И все-таки я ничего не буду вам говорить. Если вы сами докопаетесь до всего, я вам сочувствую. Поверьте, после того, как я закончил это дело, я взял отпуск и ушел в запой. Так что простите, но… Всего доброго.
Оптимизм полковника испарился полностью. Вся надежда была на судью. Лишь бы тот захотел говорить. Забыть он вряд ли мог такое дело.
Вскоре ему передали телефон бывшего судьи Калныньша. Мельчинский был напряжен. Он готовился к тому, что ему откажут. Когда на том конце взяли трубку, полковник представился.
- Вас беспокоит полковник Мельчинский города Гданьска. Мне необходимо поговорить с паном Альгидасом.
- Я вас слушаю, пан полковник.
- Пан Альгидас, простите за беспокойство, но меня интересует информация по одному из дел, которое вы вели. Дело Натальи Ружницкой.
Калныньш резко закашлялся, как будто поперхнулся. Когда кашель прекратился, он снова заговорил.
- Не знаю, в связи с чем вам понадобилась бедная женщина, но, поверьте, ей и так досталось.
- Пан Альгидас, я уже догадался, что она стала жертвой садиста. Но причиной того, что она туда попала, стал донос ее кавалера, Кшиштофа Бжезинского. Этот человека тоже был маньяком, в своем роде. Он на всех писал жалобы и доносы, в том числе на своего брата и своих девушек. С Натальей дело шло к свадьбе, но он, видите ли, заподозрил ее в шпионаже. Думаю, не надо вам объяснять, что последовало дальше.
- Да, я знаю всю историю. Только почему вы заговорили о Бжезинском?
- Его убили недавно. И все указывает на то, что убийцу надо искать среди его же жертв. Мы проверили всех, кроме Натальи. Она как будто растворилась. Могу предположить, что ей помогли получить новые документы, чтобы никто ее не тревожил больше.
- Вы правы, пан Мельчинский. Именно, чтобы не тревожить ее, я бы не хотел ничего говорить.
- Понимаю, но каким бы мерзким не был убиенный, преступника мы должны найти. Проблема еще в том, что под подозрением оказался мальчик-аутист. Он одинаково владеет обеими руками, а убийца был левша.
Мельчинский специально слукавил. Он уже понял, что иначе ему правды не добиться. На том конце провода послышалось сопение.
- Ладно. Ей выдали документы на имя Адель Шевчик, а вот куда она уехала, я не знаю. Она сильная женщина, даже дала часть показаний. А ее мама не захотела.
- Что, и родных подтянули к делу?
- Да. Скажу так, этот извращенец любил групповуху в извращенной форме.
Мельчинский помолчал, потом спросил.
- Скажите, пан Альгидас, то, что мать бедной женщины была вынуждена во всем участвовать, и стало причиной закрытия дела?
- Увы, да.
- От брата покойного Бжезинского нам известно, что Наталья была очень красивой.
- Невероятно. В деле были фото обеих женщин до всех событий. Они обе были очаровательны. На суде уже были две сильно постаревшие женщины. Наталья – не сильно, а мать резко состарилась. Я вас только прошу: если вы найдете ее, не расспрашивайте о том, что было в застенках. Мне следователь прокуратуры рассказывал все.
- Я понял вас. Спасибо большое.
Следующим этапом стал поиск Адель Шевчик.
Доктор Ковальский. Часть 6. Смерть как радость.
Поиск жертвы покойного Бжезинского много времени не занял. Как оказалось, она проживала недалеко от Гданьска. Сложности возникали с тем, как к ней подойти. Прямых улик не было, одни догадки. Плюс, учитывая тот факт, что официальных данных не было, доказать ее связь с покойником было практически нереально.