— Все, я молчу. Пора принимать заслуженное наказание за все грехи оптом.
Я повернулась к двери, готовая встретить разъяренные взгляды трех преподавателей, когда Роберт ласково похлопал меня по плечу.
— Это еще успеется. Пойдем, выпьешь чаю и успокоишься немного.
Он отвел меня, словно бычка на веревочке, в свой кабинет, увешанный оружием и доспехами, усадил в кресло и сунул в руки дымящуюся чашку. Я поблагодарила и сделала неуверенный глоток. По телу сразу разлилось тепло и удивительный покой.
— Да-да, только не говори никому, — погрозил мне пальцем декан Войны. — Капля настойки в чае поможет тебе прийти в себя.
Он посидел какое-то время, задумчиво поглаживая бороду и глядя на меня.
— Знаешь, я всегда считал, что такое двоевластие до добра не доведет. У студента должен быть один наставник, а все остальные — просто преподаватели. А тебя, как мячик, кидают друг другу два декана. А еще твой отец, — Роберт покачал головой. — Ты бы видела, как он спорил о каждом предмете в твоем расписании. Только представь себе картину: король Лидора требует, чтобы ты училась танцам, вышиванию крестиком и флористике, Натаниэль — пророческому дару, энергиям и строению души, а Фредерик — всем видам магии уже на первом курсе. Тот еще балаган получился. А тут к тому же вышел я и потребовал часы своему факультету, ведь ты — принцесса. Так что удалось избавить тебя хотя бы от части предметов в убыток желаниям твоего отца. Надеюсь, я поступил хорошо?
Я радостно закивала. Подумать только, вместо стратегии и других дисциплин я училась бы вышивать полотенца!
— Думаю, у тебя так много талантов, что никто точно не знает, чему тебя учить и кем сделать, — Роберт задумчиво хмыкнул.
Он сидел в огромном кресле, словно на троне, обхватив подлокотники мощными руками, и задумчиво смотрел в горящее пламя камина. За окном медленно наступала ночь. Еще один день прошел мимо. А я так надеялась, что сегодня решу вопрос с зельями и смогу заняться магией воды.
— Не грусти, девочка! Не важно, кем тебя видят или хотят видеть другие. Главное, чтобы ты сама точно знала, кем станешь. Если уверена в себе — никто с пути верного не собьет. А вместо того, чтобы кукситься, лучше придумай как решить ситуацию с зельем? Ты сама как считаешь — правильно поступила?
Я покивала головой, хотя и не очень уверенно.
— Наверное, да. Конечно, такое зелье лучше хранить в сокровищнице под семью замками. Но куда лучше, если оно будет. И даже здесь, в Академии. Когда встанет вопрос — умрут ли все в замке от рук захватчика или же выживут, я бы выбрала спасение. Может, это неправильно… не знаю. Но примеряя ситуацию на себя, не хотелось бы, чтобы умерли все, кто мне дорог. Лучше уж негуманное зелье в целях защиты.
Роберт согласно кивнул и задал пару вопросов о моем творении. Я в общих чертах описала свой эликсир удушья. Мы беседовали пару часов, и в этом обсуждении я придумала, что нужно сделать. И вообще немного пришла в себя.
Я проснулась рано утром, немного разбитая после ночной работы, но все же не такая подавленная, как вчера вечером. Я привычно разбудила спящую Эльку, оделась, еще раз разбудила подругу, собрала волосы в хвост и уходя вновь потормошила сонную эльфийку.
Я пришла на завтрак в общий зал, но, проигнорировав окрики Звездных, постучалась в преподавательскую дверь. Затем вошла, поздоровалась и четко произнесла заранее подготовленную речь:
— Знаете, так вышло, что вчера я, утомленная бесконечными недомолвками, скрытностью, а иногда даже едва ли не откровенной ложью и двуличием, подслушала разговор трех преподавателей.
Натаниэль прикрыл рукой лицо, очевидно, сразу поняв, какой именно спор я имела ввиду. Вокруг сидело множество профессоров, но я смотрела лишь на двух деканов и алхимика.
— Я готова понести наказание за нарушение норм поведения. Но не за ваши преподавательские ошибки. Я сообщила заранее о том, какие собираюсь сварить зелья, но никто меня не остановил. Более того, ни на одной лекции по алхимии не было сказано ни слова о запрещенных эликсирах и аморальных зельях. Поэтому я подготовила проект, исходя из своей специализации боевого мага. Стараясь создать что-то для войны, необходимое для защиты и обороны любого замка, включая нашу Академию. Услышав странную критику своего эликсира, я долго искала в нем ошибки, в том числе с моральной стороны. Но смерть он несет быструю, почти мгновенную, и лишней жестокостью не отличается. Поэтому, проведя ночь в размышлениях, я решила что необходимо сделать лишь одно, — я достала из кармана большой флакон и поставила его на стол. — А именно — противоядие, чтобы если войска защитника окажутся в зоне поражения, или же склянка разобьется случайно — была возможность спасти ситуацию.