Я перевела дух, но никто не вмешался в мой монолог. Вопреки моему ожиданию никто не стал кричать, махать руками и выгонять за дверь. Хотя есть все перестали, с интересом глядя на меня.
— Учитывая, что я говорила о двух зельях в одно время, я решила из предосторожности немного изменить зелье страсти, что собиралась готовить. Теперь это не приворотно-эмоциональное зелье, как планировалось, а лекарство от полового бессилия, — я выставила другую бутылочку перед алхимиком. — Нет, это не оригинально, я знаю. Зато это можно продавать и не рисковать внезапно стать мировым злом. Если вас, профессор Стеонтий, что-то не устроит в моих зельях, я готова принять любую конструктивную критику. А вам, профессор Натаниэль, я бы советовала давать на уроках полный материал. И если вы уж описали Синдром оборотня у воинов, то могли бы упомянуть и о магическом Трансе Мары. А так мне пришлось самой искать нужные сведения об особенностях своих проблем. Прошу прощения, что отвлекла вас всех от завтрака. Доброго дня.
Я повернулась и ушла, не оглядываясь на своего любимого и всех остальных. За моей спиной раздался одинокий довольный смешок, как я поняла — Роберта. А в остальном царила гробовая тишина.
Кусок в горло мне не лез, а Звездные все пытались выспросить, что случилось. Силы как-то очень уж резко меня покинули. Я так долго собиралась с духом, чтобы все выложить и высказать, что теперь чувствовала себя опустошенной.
Под конец я вышла из зала одна и поплелась в свои комнаты. В одном из коридоров меня перехватила запыхавшаяся от бега Элька и увлекла в темный угол.
— Слушай! — тихо проговорила она. — Тебе просили передать, что зачет по высшим зельям ты сдала, но больше Стеонтий не будет тебя учить. Так что алхимия на будущий год отменяется. Думаю, он решил, что зелье, эм… от полового бессилия — это тонкий намек на его возраст. И страшно обиделся.
У меня от таких странных новостей даже в голове зазвенело. Я постояла пару минут, чувствуя под спиной твердый и холодный камень стены. Мимо протопали ученики, спеша на занятия.
— Чушь какая-то, — пробурчала я, силясь восстановить порядок в мыслях. — А! Пошло оно все к черту! Не будет алхимии — и хрен с ним. Я даже не могу представить, как буду извиняться! «Простите, я не имела ввиду, что вы дерьмо в постели. Я просто хотела создать уж точно безопасный эликсир, к которому вы все не дободаетесь»⁈
Элька подавилась смехом и была потеряна для реальности на пару минут, я тоже невольно стала улыбаться. Коридоры опустели, что сразу напомнило мне о предстоящих уроках. Стоит мне после сегодняшнего представления сделать хоть один неверный шаг — и меня втопчут в грязь.
— И еще, уже не такое забавное, — серьезно добавила Элька. — Натаниэль просил передать, что если уж ты решила выносить личные отношения на общий суд, то и свои слова он скажет при всех Звездных.
Я застонала и снова привалилась к стене, представив, как декан Сфер вещает ледяным голосом перед всеми моими ребятами.
— Он извиняется лишь за то, что старался отделить личные отношения от учебы. Поэтому и не говорил тебе во время совместных чаепитий о твоей успеваемости и отношении учителей. Также не имел право оглашать внутреннюю, преподавательскую информацию, которая тайна для всех учеников без исключения. А материал о трансе Мары он собирался давать на следующем уроке отдельной темой, и раз ты сама уже все выучила — можешь не приходить. И да, если ты так легко научилась распознавать двуличие, то тебе также не нужны занятия по строению личности.
Я застонала и прикрыла рукой лицо.
— Черт.
— Сочувствую. А Фредерик сказал, чтобы ты отоспалась сегодня и привела мозги в норму. А если почувствуешь себя плохо — иди к лекарю, а не к Роберту. Ну, видимо декан Войны им хорошую взбучку устроил, что тебя довели до истерики. А завтра наш Фредди потребует от тебя начала практики по воде.
Я поблагодарила Эльку, даже обняла ее и пошла к себе в комнату. Рухнув на постель, я решила оставить все проблемы на завтра и провалилась в сон. Последней мыслью было: я, в пылу обиды и мести, выплеснула добрую часть ненависти на своего любимого. И Натаниэль еще очень мягко выразил свое недовольство. Это была наша первая ссора, и до чего же паскудно понимать, что виновна в ней я сама.