— Что с ногой?
Вопрос, прозвучавший просто над моей головой, заставил вздрогнуть. Мой раб сейчас стоял в локте от меня, разглядывая, как диковинное животное в зоопарке. Достали!
— Ничего! — рявкнула я, — Вон из комнаты! Ешьте в соседней.
Он хмыкнул, но вышел. Девчонок тоже как ветром сдуло. Я этим воспользовалась, и, стиснув зубы, поползла к кровати. Нужно полежать…
Латта
Еда была первоклассной, обстановка шикарной, да и вообще — жизнь радовала. Новая хозяйка нравилась мне всё больше, готова признать, весело она умела делать, и к нам, кажется, у неё неплохое отношение. Братца она, конечно, бесит, но тут уж ничего не попишешь — ну не нравится ему когда баба сверху! Я фыркнула, пробуя первоклассный виноград. Ничего, переживёт!
Судя по звукам, доносящимся из комнаты, девчонка добралась-таки до кровати. Дышала она так, словно тащила что-то тяжелое. От неё пахло болью. Братец морщился — он тоже это чуял, и хорошего настроения ему это не прибавляло. Малолетка, которая была с нами, тоже не радовала — от неё за версту несло страхом, она ничего не ела и молча таращилась в одну точку. Я хотела было вплотную ею заняться, но братец едва заметно покачал головой — мол, не суйся, ещё рано. Я в ответ пожала плечами и кивком предложила ему отойти.
— Итак, как она тебе? — шепнула я, указав на дверь, ведущую в покои хозяйки. Он поморщился:
— Сложно сказать…
Я фыркнула и подначила:
— Ну, ты ж у нас идеальный психолог! Ты видишь всех насквозь, тебе б учётность грешников вести в Великой Бездне! Неужели эта человеческая малышка тебе не по зубам?
Он усмехнулся в ответ:
— Знаешь, мне её жаль.
Вот так поворот:
— Насчёт ноги?
— Насчёт всего. Вот кого ты видишь, глядя на неё? Ну, первое впечатление?
Я честно призадумалась, сопоставляя с реальностью то, что нашёптывало мне чутьё.
— Ну… Яркая, своеобразная, склонна к риску, любит игры и адреналин. Имеет определённый успех у мужчин, плюет на общественные устои, любит бросать реальности вызов. Внешность яркая, не идеальная, но запоминающаяся, явная примесь степняцких кровей, приверженность к их же традициям. Отношения с эльфийским Главой уравновешенные, страстные, но без привязанности. Кажется, она его не слишком любит… В общем, как-то так. Точней пока что рано говорить… Я права?
— Всё точно. Но это — поверхность, сестрёнка, а мы говорим о сути. И возможно, я не прав, но мне кажется, что там, как улитка в ракушке, прячется молоденькая девочка, которую можно охарактеризовать тремя эпитетами: страстная, упрямая, одинокая. Ключевой момент, как мне кажется — одиночество, для этого и нужны мы. Вместо собачки или любимого котёнка, что-то живое рядом, о чем можно заботиться.
Я покачала головой:
— Чушь. Мы ей были нужны, чтоб позлить эльфа.
Он только хмыкнул:
— Спорим? Если я прав, скоро она уже будет, как миленькая, плясать под нашу дудку.
Я прищурилась, а в голове явно заиграл сигнал тревоги. Кашлянув, я заметила:
— Братик, ты не заиграйся, пожалуйста. Она, что б ты ни говорил — опасная девочка.
— Не говори глупостей, Латта! — рявкнул он, — Она — просто человек! Она мне ничем не опасна!
Я закивала в такт его словам, мысленно готовясь к испытаниям — слишком уж азартно полыхали его глаза. А такой если увлечётся — пиши пропало, хоть полукровка, но какой…
Он тряхнул головой:
— Не переживай! Я уже знаю, что и как буду делать!
Тан
Я лежала, прикрыв глаза. За стеночкой тихо ворковала парочка рабов. Нужно позаботиться, кстати, о том, чтоб им дали всё необходимое. Да и безопасность — не пустой звук, мне довольно и того, что я по дурости котёнка угробила…
Мысль о бедном пушистом комочке заставила меня судорожно вздохнуть. Он там, в том жутком лесу, один… Какой ужас! И ведь просила я Эррара котика поискать, а он только рукой махнул!
Я услышала тихие шаги, и в душе вспыхнула надежда. Эррар! Конечно, наверно он беспокоится, решил меня проведать!
Я улыбнулась и осторожно выглянула из-под ресниц. Волной накатило разочарование — возле кровати, задумчиво глядя на спящую меня, торчал мой новый раб. Разговаривать не хотелось, потому я не стала показывать, что бодрствую.
Он стоял долго. В конечном итоге мне это надоело, я уже почти собралась «проснуться» и послать его далеко и надолго, как вдруг он тепло улыбнулся, сделал шаг, провёл едва ощутимо кончиками пальцев по моей щеке, а после бережно укрыл.
..Он ушёл, а я лежала, распахнув в глаза, и пыталась понять, кто тут спятил. Он, наверное, сильней, хотя…
Как бы там ни было, мне стало теплей…
Глава 5
Если вас окружают одни дураки, значит, вы центральный.
Тан
Когда боль немного отпустила, я встала и заставила себя снова начать тренировку. Это было нелогично, но мне показалось, что сегодня было даже сложнее, чем вчера — должно быть, я чересчур растянула мышцы. Когда их в очередной раз свело судорогой, я заставила себя свернуться на полу клубочком.
— Оно тебе надо, детка? Ещё рано, тело не успело восстановиться.
Я изумлённо глянула на замершую в дверях танцовщицу. Хотела выругаться, но вместо этого улеглась поудобней и, подложив ладонь под щеку, принялась разглядывать свое приобретение:
— А тебе какое дело?
Она хмыкнула и заметила:
— Семь лет у малолеток танцы предавала, в таких вещах разбираюсь. Хотя бы недельку — подожди, а то сейчас порвешь все к… хм… моему отчиму!
Меня сиё заявление неимоверно заинтересовало:
— А кто у нас отчим? Не демон, часом?
Она проказливо усмехнулась:
— Что ты, для моей маман это б было чересчур банально! Он — бес!
Я слабо икнула, помолчав, уточнила:
— Ты шутишь?
— Да ладно! Ты что, не заметила, что у братца внешность, мягко говоря, нетипичная?
Я вытаращилась на неё, как на говорящую мышь-полёвку, забыла даже про ногу. Осоловеть! Они — брат и сестра! Он — наполовину бес! Ну и новости!
Видно, я была слегка в шоке, поскольку следующий вопрос, заданный мной, тянул на премию по идиотизму:
— А что, у бесов дети бывают?! — выпалила я, и, съежившись под насмешливым взглядом Ласы, промямлила, — Ну, в смысле от людей?
— А что, по-твоему, бесы — не мужики? Ну, немного другой цвет кожи, ну, рожки, а между ног — та же хрень, что и у всех. Кобель — он и у них кобель.
Я покивала, стараясь скрыть замешательство. Ну, это ж надо, так опростоволоситься? Кашлянув, я осторожно уточнила:
— Слушай, а как твоего братца зовут, а? Он со мной разговаривать не особо хочет…
Она закатила глаза:
— Зовут его Рас. Ну его, не обращай внимания! Внешне он, может, и человек, но в душе больше на папашу смахивает. Дети хаоса неволю не любят.
Я ухмыльнулась и приподняла бровь:
— Ему придётся это пережить!
— Да уж… Ты так и будешь на полу валяться?
— Мне и здесь хорошо!
— Верю. Но ты учти, эльфам скелеты не нравятся, а ты с самого утра ничего не ешь. Объявила голодовку?
Я равнодушно дёрнула плечом и повторила:
— Не твоё дело! Аппетита нет.
— Ну, ладно. В этом вы с той малой похожи, тоже не ест ничего. Шатается уже.
С этими словами Ласа выскочила из комнаты, на прощание насмешливо мне поклонившись. Я нахмурилась и встала. Действительно, нужно проследить, чтоб ребёнок поел…
Пошатываясь, я вошла в комнату, и сказала взрослым:
— Погуляйте.
Они не заставили себя просить дважды. Девочка вздрогнула и подняла на меня испуганные голубые глаза. Я подошла к ней поближе и тихо заметила:
— Привет. Меня зовут Тан.
В ответ — молчание. Кто б сомневался?
— Малышка, я буду кушать. Поешь со мной?
И снова — тишина в ответ. Я усмехнулась — предсказуемо. Но это только начало…
Осторожно взяв девочку за руку (она вздрогнула, словно от удара), я заставила её сесть рядом на диван и начала медленно есть виноград, рассказывая: