— Ну, он разозлился на Вас из-за меня, и я подумала…
Я мягко улыбнулась девочке:
— Не переживай! Говори мне «ты». И спасибо за помощь! Ты очень смелая!
Бледные щёчки девочки заалели от похвалы, и она улыбнулась мне, правда, как-то жалко:
— Никакая я не смелая. Я очень боюсь темноты, миледи…
Я усмехнулась:
— И что? Я в детстве тоже многого боялась, например, летучих мышей — я верила, что Высшие вампиры шпионят их глазами. А масок с пустыми глазами я, между прочим, до сих пор боюсь…
Она улыбнулась и свернулась на кровати.
— Прости, что побеспокоила. Спокойной ночи.
Я усмехнулась и заметила:
— Эй, иди спать со мной! Только пообещай, что приставать не будешь!
Девочка недоверчиво на меня глянула и шепнула:
— Серьёзно?!
Я улыбнулась:
— Конечно…
… Она свернулась рядом, доверчиво положив голову мне на живот, и уснула. А я вслушивалась в мирное сопение ребёнка, размышляя о том, что Распорядитель Торгов — самый хитрый, умный и расчетливый эльф на свете. И что я пришлю ему дополнительную плату…
Тасс
Я сидела и рыдала. В три ручья. Ласт обнимал меня, устроив на своих коленях.
— Милая, успокойся…
— Ты понимаешь, что он не зря меня не пускает?! Может, с ней что-то произошло! А если и нет, то наверняка произойдёт: этот эльф — сумасшедший, от него можно всего ожидать!
— Тасс, милая, я не думаю…
— Ласт, ты вообще не думаешь! Эррар — сумасшедший собственник, а Тан сейчас — просто человек!.. — я хотела продолжить свою внушительную речь, но меня нагло прервали:
— Думать надо, кому даешь!
Я взбеленилась:
— Кто б говорил!!!
Хани с усмешкой пожала плечами, а Сан, приобняв её, заметил:
— Ласт, я всё понимаю, но будь так добр — заткни свою благоверную. Смею напомнить, мы не для того здесь собрались, чтоб собачиться!
— Вот именно, — отозвался мой муж с усмешкой, — Потому пусть твоя невеста не оскорбляет мою сестру!
Я тихонько выругалась и в очередной раз оглядела наше собрание. Можно порадоваться — на данный момент в мягких креслах Зала Совета, расположенного под куполом самой высокой башни Храма, собрались все люди, ныне управляющие нашим государством: лорд Остан вместе с Лаасом, своим учеником, Сел, в ногах которого сидела сероволосая вампирша, Сан, как обычно, притащивший с собой Хани, мы с Ластом и Остан. После недолгих раздумий, Киннирру приглашать не решились — в том, что об этом станет извесно её мужу, никто не сомневался. Остан пообещал ввести её в курс событий поздней…
Жастон поднял руку, призывая всех к тишине, и начал:
— Итак, покуда мы сносно контролируем ситуацию: Киннирра, как бы она ни была неуравновешенна, неплохо справляется с обязанностями, и новые Жрецы всё прибывают. Обстановка понемногу нормализируется, маги принимают нашу сторону… Но все мы понимаем: стоит кому-то узнать, в каком состоянии Повелитель, как всё полетит в бездну. Итак, на повестке дня…
— Остан, ты — зануда! Мы что, по твоему, вообще не в теме, знать не знаем, какого беса нас сюда позвали? Не трать своё и наше время! Мы спать хотим!
— Сел, — вздохнул Сан, — Поумерь свой юмор. А ты, Остан, тоже хорош — хватит трепаться, мы и без тебя знаем, в каком… хм… в какой потрясающей ситуации мы оказались! Давай лучше думать, как лечить моего брата.
— Неплохая мысль! — рявкнула я, — А Тан!!! Тан в руках у Эррара, и непонятно…
— Тасс, — сказал сан спокойно, — Я понимаю твою тревогу, но Сит сейчас куда важнее, и потом, смерть ей вряд ли грозит, а вот Повелителю… К тому же, сейчас мы не можем заедаться с эльфами…
— Верно, — усмехнулся Жастон, — К тому же, тут играет роль математика.
Я оскалилась:
— Вы считаете, что Тан спасут уравнения или дроби?
Жастонн усмехнулся:
— Я присматривал за этой девочкой с того самого момента, как она родилась. Разумеется, она — центральная фигура, и мой Бог возлагает на неё большие надежды. Однако Кин беременна дочерью. А теперь обратимся к математике: потенциальных невест у Ситтира теперь две, а вот Правящий у нас один! Кто важней?
Я вскочила и заорала:
— Вы!!! Сволочи! Вы ведь просто бросаете её!!!
— Тасс, успокойся, — сказал Ласт, — Мы просто не можем сейчас надавить на Эррара, а влезать в разборки любовников — себе дороже!
— Мужчины! — рявкнула я, — А вы не задумываетесь о том, что она сейчас с ума сходит от того, что не может с Ситом побыть рядом?! А вы только трясёте причандалами и играете в свои большие игры!
Они замолчали, глядя на меня с немым укором, а я поняла, что всё, что мне остается — гордо уйти, поскольку поддержки мне не дождаться. Когда я уже повернулась, за моей спиной раздался спокойный голос:
— Сан, эта блондинка меня бесит, но сейчас — я с ней согласна.
Я повернулась и вытаращилась на Хани, как на разумную амёбу. Девушка сверкнула на меня чёрными глазами и заметила:
— Во-первых, у скромных девочек вроде нас с Тан подчас бывает больше проблем от любовников, чем от врагов. Во-вторых, если кто и сможет уломать давно почившую мамашу Сита отказаться от проклятия, то только Таннирра — в этом нельзя сомневаться. Как известно, старые кошёлки хорошо понимают другу друга!
— Вы говорите ерунду!
— Не смей хамить моей невесте! В конечном итоге, это вариант — у нас действительно есть лишь один выход, а у Тан шансов больше, чем у Кин… согласен с Хани.
— Ты сейчас с чем угодно согласишься, лишь бы она не нервничала! — раздраженно рявкнул Жастонн, но голосование уже решило все не в его пользу. Хан, положив голову на плечо Сана, заговорщицки мне подмигнула. Н-да. Может, она родилась брюнеткой по ошибке? Я знаю, у неё, как и у Тан — душа блондинки!
Глава 6
В глубине всякой груди есть своя змея.
Тан
Утро моё началось с какого-то непонятного копошения под боком. Спросонья я решила было, что это это Эррар увлечённо сопит мне в живот, но потом решила, что у эльфов не бывает насморка, и настороженно открыла глаза.
Асса ворочалась, уткнувшись лицом мне в живот. Я усмехнулась, и, неловко извернувшись, погладила девочку по волосам. Она потянулась за лаской, как котёнок, и шепнула:
— Мамочка…
А я вдруг ощутила зависть и ревность к той, другой женщине, которая значит для этой малышки больше, чем я. Настроение мгновенно испортилось. И здесь я лишняя… Как всегда!
Я, словно обжегшись, отдёрнула руку. В тот же миг девочка заворочалась и села в постели, потирая глазки крошечными кулачками. Некоторое время она непонимающе озиралась, потом её взгляд упёрся в меня, и очи потеплели, а губы раздвинулись в радостной улыбке.
— Доброе утро, Тан.
— Асс, — рассмеялась я, — Тебя туда же. Кстати, ты — круче будильника! Правда, ты слегка перепутала: я — не твоя мама!
Я ожидала, что она рассмеётся, но девочка только грустно улыбнулась:
— Прости, просто мне приснилось…
— Ерунда! А где твоя мама? — разумеется, я догадывалась, но в тот момент мне нужно было знать наверняка. Девочка подтвердила мои догадки, спокойно заметив:
— Моя мама умерла.
Каюсь, это мелочно с моей стороны, но в тот момент я ощутила радость. Сузив глаза, я мягко сказала:
— Мне жаль, малышка. Я тебя понимаю — моя тоже мертва… Но, если хочешь, можешь меня так называть!