Так, меня не туда унесло. О чём я там думал?… Ах да, точно. Маги.
Я попытался снова сконцентрироваться на памяти дорогих родственников, чтоб выкопать какую-либо идейку из их коллективного мозга, но тут меня скрутил приступ боли. Снова!
Я взвыл, сворачиваясь в комочек. За что мне это, боги? Проклятие, ждавшее удобного часа, заворочалось на ауре, вновь выпивая жизненные силы. Я рухнул на пол, тихо воя от боли. Боги, прекратите всё это…
Не знаю, сколько я так пролежал, не в силах открыть глаза. Мне было так паршиво, голова раскалывалась, и появилось глупое, детское желание заплакать и позвать маму…
— Сит! — выдохнул рядом хорошо знакомый голос, и мгновение спустя на мой лоб легла холодная ладонь, — Всё хорошо, — прошептала Тан, вытягивая боль, — Прости меня, дуру, я не подумала, как тебе сложно… я сейчас вылечу… всё хорошо…
Я просто прикрыл глаза. Мои внутренние часы подсказывали, что осталось два месяца. Всего два, а потом…
Нужно так много успеть!
Я грустно улыбнулся, открыл глаза и посмотрел просто в лицо Тан. На нём отразилось чувство вины, боль и испуг, которые она тщетно маскировала за спокойным равнодушием. Так, непорядок…
— Тан, успокойся, ты ни при чём. Во всём виноваты мои больные на всю голову предки!
Она вздохнула и осторожно меня обняла. Приятно… Мы так посидели немного, делясь друг с другом силой и ни о чём не думая. Наконец, Тан со вздохом отстранилась.
— Прости, я знаю, что бяка, но у меня были неотложные дела. Вернулась, как только смогла себя заставить. Ленивая я!
— Глупости. Расскажи! Что там эльф? Не обижал тебя?
Ну, чтоб тебе, расскажи! Что тебе больно, обидно, что он ты не знаешь, как поступить — и я перерою всю память предков, я сделаю всё, чтоб помочь тебе, сестричка! Скажи…
— Всё в порядке, Сит! Разве может быть иначе? И вообще, мне кажется, нам стоит поговорить о войне, а не о моих отношениях с эльфом, тебе не кажется?
— Да ладно! По-моему, мы распределили темы по степени важности, — фыркнул я. Она качнула головой:
— Нет, Сит. Давай о серьёзном.
— Валяй.
— Это всё нужно остановить!
— Боги, Тан! Ты — гений! Я б не додумался!… КАК?! Я уже битый час голову ломаю, мозги кашей из всех отверстий лезут!!
— Знаешь, я подумала, тут один выход. Нужно устранить первопричину войны.
— Поубивать всех к бесам лысым?
— Зачем? Никого убивать не надо. Достаточно помирить. Сечёшь?
— Ты намекаешь…
— Сит, эта война, в принципе, отражение страстей двух психов, которым стало скучно на старости лет. Люди гибнут, как обычно, из-за банальных чувств небанальных людей, понимаешь? Нам нужно это исправить.
— И как? Кинниррой я рисковать не намерен…
— Да, понимаю, но, Сит, нужно как-то это обстряпать.
я крепко призадумался. В словах Тан был резон, даже, можно сказать, глобальный.
Страсть — это вечный рычаг, на который с силой давили ещё мои предки. А уж такие существа, как дети Силы, то есть все мы, очень подвержены мимолётным чувствам. У меня в голове сложилось некое подобие пасьянса. Я покосился на Тан:
— Слушай, ты права, но, думаю, начать стоит не с Императора. Пусть Кин пока перебесится!
— А с кого?!
— Думаю, Тан, нужно укротить одного знакомого тебе принца…
Глава 18
Если вы белая и пушистая, вам пора в солярий и на эпиляцию!
Тан
Я кашлянула и честно призадумалась:
— Сит, я могу, конечно, дать себя поймать и честно попытаться промыть ему мозги, но…
— Тан, не говори глупостей! Ты тут ни при чём, ты мне под боком нужна. Кстати, как добралась? Тебя провели?
— Нет, сама, а что, ты отправлял кого-то?
— Не важно… Идём, думаю, тебе стоит взглянуть на сюрприз, который я приготовил для любимого братика!
Я изумлённо приподняла бровь, отметив злорадную ухмылку Сита. Что он там придумал-то?! Хмыкнув, я потопала за ним, с искренним любопытством рассматривая необычную лепнину на стенах, изображающую Богов.
А, забыла рассказать. Чутьё привело меня к Храму Древних, который триста лет стоял в развалинах. Я, увидев его, уже начала образно представлять, как восставшие сидят в руинах и кутаются в походные одеяла, уныло разжигая костры, а этим всем заправляет тётя, всклоченная и немытая, в бесформенном балахоне… Бр-р! Но, когда я подошла к зданию поближе, поняла, что за сутки отстала от жизни, как гоблин от эльфа.
Храм втягивал солнечный свет и отражал его изнутри новеньких тёмно-синих камней. Крыша, некогда полуразрушенная, вздымалась в небо шпилем, который венчала статуя крылатой девушки с нереально длинными волосами, раскинувшей руки над городом. Я невольно залюбовалась отблесками редкого прозрачного минерала, из которого была выполнена скульптура. Вета, богиня свободы, самая неуловимая, странная из богинь. У неё нет Жрецов, она никогда не показывается людям, многие вообще считают, что её не существует, — но упорно венчают её изображением Храмы. Потому что нам, Жрецам, и созданным, и дарованным, до одури хочется верить, что где-то, с кем-то, когда-то всё же летала Она, настоящая Свобода. Я печально улыбнулась, присела перед дверью в волне-поклоне и толкнула створку.
Изнутри Храм тоже преобразился. Колонны, факелы, мраморный пол, нелогичные уютные диваны в углах, статуи богов, большой хищный хатт-ха, лежащий у подножия статуи Радгирра, Жрецы, изредка мелькающие туда-сюда и почтительно склоняющиеся передо мной… я проморгалась. Что за…? Не могла ж я перенестись во времени?! И не могла же тётя набрать достаточное количество Жрецов для того, чтоб оживить Хозяина Храма?!..
Или могла?..
Я хотела было пройтись вдоль статуй и посмотреть, сколько огней горит в чашах, но ментальный Зов Сита погнал меня наверх. Уже взбегая по ступенькам, я приметила краем глаза, что хатт-ха, встопорщив усы, пытается зачем-то допрыгнуть до потолка. До чего странные твари!..
Теперь, следуя за Ситом, я разглядывала убранство Храма и всё больше понимала, что маги попали. Не знаю, как тётя умудрилась так быстро инициировать столько Жрецов, но Храм подпитывает Сила, по меньшей мере, пяти сотен детей Богов. Я чувствовала, что аура Храма приветственно касается кожи, лаская и успокаивая.
«Вы вернулись, Хозяйка. Столько лет…» — прошелестел в моей голове мягкий, обволакивающий голос. Я только улыбнулась:
«Привет»
Сит тем временем подошёл к одной из нескольких дверей и пару раз туда стукнул, после чего, не дожидаясь ответа, распахнул настежь. Вот она, вежливость Правящих! Просить — просят, но ответа не ждут…
Я вошла в комнату и вытаращилась на присутствующих. Они с не меньшим интересом уставились на меня.
— О, племяшка! Ну, как тебе отдых?!
— Моё почтение, миледи!
— ТАН?!
Я медленно повернула голову в сторону подозрительно знакомого низковатого женского голоса.
— ЧТО ОНА ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ?! — выдохнули мы с Ханаррой. Хором. Дочь Тарры приподнялась, применяя частичную трансформацию. Я прищурилась, приготовившись спалить этой наглой девке мозги…
— Девочки, спокойно! — промурлыкала Кин, явно наслаждаясь ситуацией, — Тан, познакомься с Главой Дома Тарры. Хан, познакомься с моей племянницей!
— Что?! — прошипела черноволосая, — Она?!
Я оскалилась:
— Не ожидала, детка? Теперь ты, видимо, сильно жалеешь, что не сумела меня прикончить?
— Жалею, детка. Видно, не зря тебя назвали в честь самой мерзкой сучки в истории Кланов!
— Ханнарра, замолчи! — промурлыкал Сит обманчиво мягко. Хан оскалилась и пропела:
— Ну, конечно! Чтоб Правящий, да не поддержал свою подстилку! Тан, детка, а он для тебя не маловат?
— Поверь, Хан, самое оно. У меня претензий не возникает!
— Шлюха сотворенная!
— Чокнутая тварь! Не боишься, что Богиня Силу заберёт? Вы же все с подачки богов живёте…
— ТИХО!!!! — рыкнул Сит неожиданно, — Умолкли, обе!!!
Его голос, казалось, заполнил всё пространство. Даже дышать стало очень тяжело. Я судорожно охнула. Хан закашлялась.