Меня передёрнуло:
— Тварь.
— Да, та ещё. Вот, у него теперь перекос и пошёл, и все женщины подсознательно сравниваются либо с сестрой, либо с матерью, причём с последней чаще.
Я покачала головой:
— Абзац… Слушай, а в чём он там клялся? А то мне Сит на что-то такое намекал…
— Не знаю, так глубоко не успела залезть. Думаю, это как-то с сестрой связано…
— Ясно, спасибо, бабуль!
— Да всегда не за что! Обращайся, я уж помогу там!!
Порыв ветра — и она растаяла. Я призадумалась. Правду говорят — правд много. Вот теперь даже принца как-то жаль…
Поморщилась, свернулась клубком и приказала себе спать. Желательно без снов. И медитаций…
Утро для меня началось с истошных воплей сугубо нецензурного содержания. С трудом продрав глаза, я вздрогнула. Потом вспомнила, где это я, перевела дух и успокаивающе погладила хатт-ха. Вопль повторился, всё больше пестря окологинекологическими терминами. Что ж, пойдём посмотрим, что там за знаток народного фольклора и что с ним делают…
Я выскользнула из своего укрытия, с удовольствием глянув на одинокий жёлтый лучик заходящего солнца, и пошла в сторону, откуда раздавались истошные вопли. Густая чаща послушно расступилась передо мной, и глазам моим открылось дивное зрелище: рослый светловолосый парень, который навскидку согнул бы руками не только кочергу, но и вековую северную сосну, забрался на хиленькое на вид деревце и истошно матерился, с ужасом глядя на бесёнка, скалящего крошечные зубки. Полюбовавшись на сиё священнодействие, я подошла поближе и задумчиво позвала:
— Эй, парень!!
Детина поднял голову, увидел меня, вытаращил глаза и заорал ещё громче:
— Сгинь, провались, тварь болотная!!! Я тебя не боюсь!!
Дерево подозрительно затрещало и наклонилось ещё сильнее. Я хихикнула, подошла к бесёнку и подхватила малыша на руки, почесав за ушком. Он замурлыкал-зафыркал с мелодичностью ржавой пилы, подставляя рябое пузо. Парень округлил глаза и захрипел:
— Пожалей, Хозяйка лесная…
Я вздёрнула бровь:
— Ты слегка не по адресу, парень! Хозяюшка смылась куда-то, она после вчерашней попойки не в духе, потому считай, тебе повезло, что меня встретил!
— Да уж, повезло! Ты меня съешь!!!
К тому времени деревцо прогнулось уже основательно, потому я смогла беспрепятственно подойти к детине поближе и принюхаться:
— Фу! Не, не хочу тебя есть, от тебя воняет, как от тухлой рыбы! Вот когда помоешься…
— Враки! Я тока вчера мылся!
— Правда? Так, может, ты уже разлагаться начал? Тебя, часом, бес этот не кусал?
Парень побелел, как мел, и пролепетал:
— Они ядовитые?!
Я кивнула с умным видом:
— А то! Вон, уже действовать начало…
— Боги милостивые, спасите! Уже и больно стало!!!
Я едва успела отскочить в сторону, когда эта туша рухнула со своего насеста и начала кататься по земле. Неожиданно он успокоился и с надеждой глянул на меня:
— Девонька, миленькая, а оно не лечится?..
Я увлеченно почёсывала бесику брюшко:
— Лечится, ещё как…
— А ты можешь?..
— Могу… А зачем?
Парень поморщился:
— Заплачу тебе, ведьма. Сколько захочешь. Ваше племя, знаю, золото любит…
Я прищурилась:
— Деньги — это хорошо, но нам, Шептуньям, они не так уж важны. Давай так: я тебя спасу, а ты мне поможешь, а?
Он вздохнул:
— Помоги мне, дочь леса. Отплачу, не обижу!
Я прищурилась, присела рядом с ним и изобразила какие-то активные действия, шёпотом перечисляя все известные мне маты. Говорила тихо, слова было не различить, потому детина воззрился на меня с искренним уважением. Я начала завывать и возвысила голос на тон, параллельно применив лёгкую иллюзию, что заставила парня увидеть тени, обнимающие меня со всех сторон…
На самой высокой точке своих завываний я дернулась, заставила тени взвиться — и, кашляя, покатилась по полу, слыша краем уха истерический хохот Хозяюшки. Не, это только начало!!
Кашляя, я сжалась в комок, прикрыв глаза. Бесёнок, ошарашенный таким жизненным поворотом, кинулся ко мне, явно не понимая, с чего это меня так глючит. Я мысленно велела ему не вмешиваться, и вовремя — ко мне подскочил белобрысый детина. Я быстро просканировала его на предмет плохих намерений и пришла к выводу, что его моё представление впечатлило. Я прикрыла глаза — отлично, можно и поспать!
Люблю кататься у кого-то на руках! Тепло, уютно, идти никуда не надо… Ой, как круто пахнет!
— Кто это, сынок?! — мягкий женский голос. Я тут же включила чутьё — и поняла, что рядом со мной двое людей: мой «спаситель» и его родственница, очевидно, мама.
— В лесу её нашёл. Она меня от смерти спасла.
— Как?!
— Потом. Дай я её сначала уложу нормально, видишь, плохо ей, белая, как мел…
Угу. Ладно, подождём-посмотрим…
Последующие полчаса детина рассказывал, каким образом я спасла его от яда жуткой лесной нечисти размером с ящера, и параллельно пытался привести меня в чувство, обмахивая меня какой-то непонятной ерундой и подсовывая мне под нос вонючий порошок. Это я стойко выдержала, но когда этому красавчику пришло в голову делать мне искусственное дыхание, я не выдержала такого издевательства над нервами и сама открыла глаза:
— А, живой? Значит, я успела?! Это ты меня сюда принёс?!
— Ну да… — слегка смутился парень, заворожено глядя в мои сияющие восторгом глаза.
— Спасибо тебе, детонька! — вклинилась мать, высокая светловолосая женщина, даже в старости не утратившая красоты, — Что б было, если б не ты…
Мне даже стало немного стыдно, но поиграть хотелось, да и с местными поболтать, определённо, стоило…
— Спасибо, — я смущенно улыбнулась, — Это вы простите, что услугу за свою помощь попросила, просто я никого здесь не знаю, да и не ела долго…
Женщина встрепенулась:
— Идём-идём, покормлю тебя, лучшее найду!..
— …Совсем нечисть распоясалась, — вещала женщина, — На севере, почитай, потому и стоят за Жрецов, что в каждом селении — Шептун, вокруг поселений — стены в палец, а Древние Боги спускаются к ним. А мы? Меж двух огней: маги рыскают, предателей ищут, нечисть беснуется — кровушку чует… У нас пол-села в город сбежало, после того, как что-то в лесу убило десять человек…
Я только невесело рассмеялась:
— Да ладно! А мне вот весело? Я — Шептунья, жила себе спокойно, пока маги наставницу мою не убили. Еле вырвалась! Прячусь теперь… Кстати, я — Нир. А вас как зовут?
— Ой, прости, из головы вылетело… Мил я! — представилась женщина. Её сынок отвлёкся от созерцания поверхности стола и буркнул:
— А я — Фет.
— Ясно! — я улыбнулась, — Вот и познакомились!
— В чём тебе помощь нужна, шептунья? — взял парень кота за хвост, глядя на меня внимательными карими глазами. Я вздохнула:
— Я хочу поехать в Лакон, город магов — там у меня тётка живёт, но мне по дороге надо где-то остановиться, да и мест я не знаю… От вас мне только совет и нужен!
— И что, получишь совет — и пойдешь?
Я удивленно кивнула. Фет вытаращился на меня — и вдруг расхохотался так, что посуда на столе затряслась:
— Ну, ты жжешь! На дворе война, таких, как ты, ищут, ты тощая, красивая девка с хищными глазищами, планируешь сама путешествовать по неизвестной тебе стране?
Я прищурилась, глядя на него. Любопытно…
— И что ты предлагаешь?
— Оставайся, Шептунья! Ты тут нужна…
— Не могу. Я тётке обещала…
Дальше повисла минута молчания, на протяжении которой я активно подталкивала парня к единственному правильному решению, нелогичному, но необходимому мне для того безумия, которое я задумала провернуть. Спустя полминуты его мозг сдался:
— В общем, так. Я твой должник, значит, я тебя проведу!
Ханнарра
Я провела рукой по шее любовника, в который раз с сожалением подумав, что до Сана ему ой как далеко… Жаль, что не все маги одинаковы! И, что паршиво, до конца заварушки я от этой сволочи никуда не денусь!