Заморский упал и покатился по лестнице, хотя, возможно, ему дополнительно придали ускорения. Скатился он так неудачно, что повредил себе все, что мог повредить.
Судмедэксперт заявил, что покойный умер не сразу, невзирая на удары и другие телесные повреждения. Если бы пострадавшему сразу оказали медицинскую помощь, он, скорее всего, выжил бы, но на всю жизнь остался бы парализованным дебилом. Однако медицина явилась с опозданием, так что он успел благополучно скончаться.
В этом темном и редко посещаемом месте труп пролежал приблизительно часа три с половиной, что сразу же сняло вину с вестника несчастья. Иначе что же получается, что убийца три с лишним часа сидел над своей жертвой? Наслаждался содеянным? Рыдал от раскаяния? Ожидал прибытия многочисленных зрителей? А потом вдруг сорвался с места, сообщил о трупе и сбежал? Согласитесь, странное поведение. Так что вестник несчастья, заключили сыщики, ни при чем.
Скорее всего, Заморского пристукнул кто-то другой, после чего незаметно скрылся, прихватив орудие убийства. И сделал он это вполне сознательно, поскольку вряд ли сподручно убегать с декоративной палицей.
Поскольку зловещая весть прозвучала около двенадцати тридцати, преступление было совершено в девять утра. Разве что…
Помещение архива следственная группа осмотрела лишь после длительных, изматывающих переговоров. Телецентр ни за что не желал впустить посторонних, а тем более чрезмерно любопытных полицейских в свое святилище, где на полках хранились постыдные тайны телевидения: многочисленные «полочники» — фильмы, положенные на полку и никогда так и не вышедшие на экран; документальные кинохроники недавнего прошлого, смотреть которые было больно и стыдно; маленькие сценки для вечерних новостей политического и социального плана с возвышенными лозунгами, на которых в неприглядном виде оказались заснятыми отцы нации; «проколы» в выступлениях крупных чиновников, теперь представлявшие отличный материал для шантажа, и т. п.
И все же полиция выиграла этот короткий бой и ворвалась в архив. Эксперты мигом обнаружили там легкий беспорядок. Нет, не разгром или бедлам, когда все перевернуто вверх дном, просто беспорядок, но он бросался в глаза. Часть кассет не стояла на полках, а лежала на столиках, в одном углу они валялись на полу. Но главное — пыль. Эксперты определили по неравномерному слою пыли на кассетах, что их трогали совсем недавно, явно что-то искали, причем торопливо, не заботясь о том, что этот факт будет обнаружен. Кто-то побывал в архиве и что-то там пытался найти.
Или убийца, или его жертва.
Первый вопрос произошло это до преступления или после?
Вопрос второй: нашел ли человек то, что искал?
И наконец, третий вопрос: что же он, черт возьми, искал?
Следователи рассмотрели четыре варианта событий.
1. В архив первым явился покойник, принялся рыться среди кассет. Тут вдруг прибыл второй, застукал жертву за поисками, пришил и слинял. Убийцу кассеты не интересовали, он просто воспользовался удобным случаем и избавился от врага. А если покойник что-то успел найти, то убийца прихватил находку на всякий случай.
2. Вторая версия похожа на первую, вот только убийца как и жертва, тоже пришел что-то найти в архиве.
3. Первым в архив проник убийца, тоже принялся искать неизвестно что, возможно, даже нашел, и тут его застукал покойник — на собственную погибель. Убийца проделал свое черное дело и сбежал с трофеем.
4. Покойник пришел первым, но за ним по пятам следовал убийца. Он быстро укокошил жертву, не пустив его в архив, после чего начал поиски. В данном случае он мог провести в архиве и два часа.
В трех версиях убийца немедленно покидает место преступления, то есть сразу же после девяти, четвертая подразумевает, что он мог находиться в архиве вплоть до полудня.
Своим декоративным оружием убийца мог грохнуть жертву с равным успехом, находясь в любой позиции — и сверху, и снизу, то есть мог находиться и ниже, и выше своей жертвы. Только обязательно сзади. Нет, они не стояли лицом к лицу. Пока еще никто не мог сказать, насколько это обстоятельство сыграет роль при расследовании и сыграет ли вообще.
Работу следствию немного облегчила архивистка. Перед ней поставили задачу предоставить следствию сведения о том что находилось в этом архиве и чего там в данный момент не обнаружено. И сделать это немедленно, раз, два — и готово. А лучше бы и еще быстрее.
Архивистка, пани Данута, побледнела как смерть и горько пожалела, что не сбежала от полицейских куда глаза глядят, что не попала под трамвай, что не лежит в больнице со сломанными руками-ногами. Ведь могла же она упасть, удариться головой и потерять память? У нее даже мелькнула мысль притвориться, что ничего не помнит и еще хуже соображает. Тогда ее наверняка оставили бы в покое или — какое счастье! — поместили в сумасшедший дом. К сожалению, хорошая мысля, как известно, приходит… с опозданием, а пани Данута как последняя идиотка осталась на месте и в толпе других телевизионщиков, разинув рот, наслаждалась сенсацией. Повяжут ее, как пить дать повяжут… Может, еще не поздно сбежать? Нет, поздно, вон полицейский не сводит с нее хищного взгляда, караулит каждое движение…