— Немного, к сожалению. Осмотр такси ничего не дал. Он снял пальчики Уизерса с моего портсигара, но, как мы и ожидали, в зеленой гостиной побывало столько народу, что бесполезно там что-либо искать. Однако он нашел отпечатки пальцев Уизерса и молодого Поттера на тех страницах в «Судебной медицине» Тейлора, где речь идет о смерти от удушения.
— Смотрите-ка, это уже кое-что!
— Не так уж много, Фокс. Они скажут, что как только прочитали в газетах подробности о смерти лорда Роберта, то сразу же полезли в Тейлора, чтобы посмотреть раздел об удушении, и кто сможет уличить их во лжи? Наш человек, которого мы послали в Ледерхед, отлично справился с заданием. Судя по всему, Уизерс нанял супружескую чету, чтобы они присматривали за домом. Наш человек наплел, что его прислали из муниципального совета проверить электропроводку, и его впустили. Более того, он умудрился осмотреть весь дом. Он нашел колесо рулетки, и у него хватило ума тщательно обследовать его. Перегородки ячеек для номеров второй дюжины были слегка сточены. Надо полагать, мистер Дональд или кто-то еще из сообщников Уизерса должен был ставить именно на эти номера. Само колесо выглядело абсолютно новым. Там было также и более старое колесо, ничем не примечательное, и несколько колод карт, рубашки которых были со знанием дела обработаны пемзой. К счастью для нас, супружеская чета крупно поругалась с бравым капитаном, и они с готовностью выложили все, что знали о нем. По-моему, у нас достаточно оснований, чтобы предъявить ему официальное обвинение в содержании игорного притона. Томпсон доложил, что сам Уизерс весь день не выходил из дома и никто его не навещал. Телефон опять отсоединили сразу же, как только мы уехали. Вещи Дональда Поттера он отправил на такси. Теперь — что касается Даймитри: он отсюда направился прямо домой, по дороге зайдя в аптеку, чтобы перевязать руку. Он также весь день просидел дома и никому не звонил. Прямо-таки образцовое поведение. Черт, как нам заставить кого-нибудь из жертв шантажа предъявить обвинение Даймитри?
— Вы меня спрашиваете? — кисло поинтересовался Фокс.
— Да. Ни малейшей надежды. Ну так вот, Фокс, я еще раз тщательно обдумал эту проклятую, запутанную, туманную историю с зеленой гостиной. Все сводится к тому, что единственными, кто мог слышать разговор лорда Роберта, были Уизерс, сэр Герберт Каррадос, мисс Харрис, миссис Холкат-Хэккет и Дональд. Они все находились на верхнем этаже, и, если в какой-то момент кто-либо из них ненадолго заглянул в комнату, в которой находился лорд Роберт, кто может его в этом уличить? Но, черт побери, всегда остается это «но» — не исключено, что в то время, когда лорд Роберт беседовал по телефону, кто-то еще мог подняться по лестнице и зайти в зеленую гостиную. Миссис Холкат-Хэккет находилась в гардеробе, Уизерс, Дональд и Каррадос — в другой гостиной, мисс Харрис — в туалете. Даймитри утверждает, что был в это время внизу, но кто, черт возьми, может это подтвердить? Если все остальные говорят правду, любой мог подняться наверх и затем снова спуститься совершенно незамеченным.
— Джентльмен, ворвавшийся в дамский туалет?
— Вот именно. Не исключено, что он прятался там, пока не убедился, что путь свободен, но почему? Ведь в том, что он вышел из гостиной, нет ничего подозрительного.
— Угу, — сказал Фокс.
— В этом деле, Фокс, я вижу два существенных момента. Первый — это портсигар, точнее, два портсигара — один принадлежит миссис Холкат-Хэккет, другой — убийце.
— Да, — согласился Фокс.
— И второй — потерянное письмо. То самое, которое написал Пэдди О'Брайену его австралийский друг и которое, судя по всему, было украдено где-то в Букингемшире восемнадцать лет тому назад. Вы не находите странным, что дядя мисс Харрис был приходским священником в Фальконбридже, той самой деревушке, где Пэдди О'Брайен потерпел аварию? Интересно, знают ли мисс Харрис или леди Каррадос об этом совпадении? Я думаю, первое, что нужно сделать после коронерского следствия, — это отправиться в Барбикон-Брамли и потревожить покой дядюшки мисс Харрис. Затем придется порыться в истории сельской больницы в Фальконбридже. Но какой старый след! Один шанс из тысячи, что нам удастся что-нибудь откопать!