Погода обманчиво казалась хорошей, солнце светило гораздо ярче чем вчера, однако ничуть не грело, буквально через десять минут мороз ощущался по всему телу.
Кладбище повисло в немом молчании, лишь одинокий крик ворона едва доносился и бесследно утопал в тишине.
Вот она, свежая могила старика, не чем не отличающаяся от сотни других. Высокий холм, припорошенный снегом и неуклюже покосившийся крест, поставленный на скорую руку. Перед глазами встала яркая картина вчерашнего обряда, человек в мантии отдает приказ и его слуги закрывают гроб, надежно сковывая цепью. Рассудок мой помутился, осознание того, что всего пару метров меня отделяет от похороненного человека, который быть может еще жив, заставило сделать несколько неуверенных шагов назад. Казалась земля под ногами затряслась, это он, там внутри гроба неистово колотит руками в надежде освободится.
Ударивший в глаза яркий свет привел меня в чувство. Маленькое золотое пятнышко в снегу, отражало солнечные лучи прямо мне в лицо. Это были монеты, которые покойник щедро пожертвовал. Проклятое золото, оскверненное грехом самоубийства. О как велик соблазн, этого на долго хватит, и на еду, и на лекарство. У меня нет выбора, я нуждаюсь в деньгах, и вот они прямо передо мной, лишь глупец оставит их здесь. Ради своего отца, я воспользуюсь даром который мне оставил толи господь, толи сам дьявол.
Через мгновение в моей руке лежало семь новых бликующих золотых, перемешанных с тающими крупицами снега. Промерзший металл словно обжигал ладонь, самая приятная боль которую мне когда-либо приходилось чувствовать.
Не задумываясь я отправился к врачу, и купил целых три флакона с лекарством и еды, много еды. Мне не терпелось по скорее добраться домой и просто сказать отцу, что у нас все будет хорошо.