Впереди в лесу послышался шёпот. Местные духи тоже явились на праздник. Мы прошли между редких деревьев немного вглубь, и шёпот сомкнулся у нас за спиной, словно окружив.
Мне не хотелось улетать. Свой день, который я обещала Артёму, я потратила на то, чтобы провести с отцом. Выбирать не приходилось. Я взмыла вверх, с печалью смотря на крошечные города внизу.
В эту колдовскую ночь Сведущие не будут спать.
Глухая тишина окружала меня. Я взмахнула крыльями, как вдруг ударила молния. От неожиданности я даже забыла, как лететь, потому что она ударила из меня. Это я её послала на землю.
Я сбилась и попала в вихрь. Меня закрутило, затягивая в воронку, и понесло к земле с невероятной скоростью.
У меня не получалось сделать вдох, серый вихрь, в котором угадывались очертания ястреба, набирал мощь. Пытаясь выбраться из него, я случайно метнула ещё пару молний, и тогда он наконец отступил. Я расправила крылья и громко крикнула на него.
На нас упали первые острые капли, а потом полил косой дождь. На миг Даниил принял обличье ястреба. Но только на миг, чтобы сверкнуть угрожающим взглядом. И снова рассеялся ветром, чтобы закружиться сильнее.
Смерч надвинулся на меня.
Я пригибалась, смаргивала влагу с ресниц и не знала, как сопротивляться Даниилу. Замахала крыльями сильнее и, не дожидаясь, пока он сам доберётся до меня, двинулась на него.
Над головой раздался страшный гром, и вдруг Даниил отступил. Я тяжело дышала, смотря ему вслед. Перья намокали, а дождь усиливался. Взмахнув крыльями, от негодования я отправила на землю новую молнию.
Ступив на твёрдую поверхность моста перед Стражами порога, я уставилась на свои руки.
Господи, это ещё что такое? Откуда во мне молнии? Я переживала не только из-за себя, но и из-за того, что могла навредить кому-то внизу.
— Вы что устроили? — по мосту появился отец. — Я вас спрашиваю! Додумались так близко к людям применять свою силу!
Громогласный голос отца пугал меня. Я посмотрела на Даниила: он стоял в паре метров от меня и отряхивался. Держался расслабленно и самоуверенно. На его рубашке я заметила прожжённые дыры с опалёнными краями. Отточенным движением он поправил взлохмаченные волосы.
— Не смотри на меня, — сказал он. — Я всего лишь хотел тебе помочь.
— Как? — возмутилась я. — Тем, что решил задушить меня?
— Хватит! — рявкнул отец, и даже Даниил притих и не решился мне отвечать. — Научись управлять своими эмоциями, или спалишь всё к чертям!
Отец уже развернулся, чтобы уйти, но посмотрел на Даниила.
— Ты же рассказал ей?
— О… — Я хотела спросить, о чём, но потеряла дар речи, когда брат кивнул и метнул в меня недобрый взгляд.
— Займись её обучением, — велел отец, уходя.
Тонкими ручьями с меня стекала вода, длинное платье промокло насквозь и неприятно облепило ноги. Чтобы не замёрзнуть, я согрела себя своим жаром. На коже проступили узоры золотого оперения, на мгновение осветив темноту вокруг, и погасли. Волосы и одежда высохли.
— Идём, — прошипел Даниил и подтолкнул меня к мосту.
Он тоже был уже сухой: подсушил себя ветром.
После случившегося оставаться с Даниилом наедине я откровенно побаивалась. И уж точно не собиралась мериться с ним силой. Покосившись на брата, я поспешила за отцом.
— Подожди! — попросила я, нагоняя его уже вблизи его дома.
Он оставил дверь открытой, позволяя мне зайти.
— Что это было?
— Твои эмоции, — невозмутимо ответил он. Налил воду в стакан и осушил его одним глотком. Воды в графине не убавилось.
— Что? Но…
— Видимо, ты переживала из-за чего-то. Или из-за кого-то. Иди, Даниил обучит тебя.
— Я даже не знала, что могу так. — Я подняла руки и снова посмотрела на них. Молния пошла от крыльев, от удара ими. — Никто мне ничего не говорит. Вы посадили меня на цепь и подпускаете только к дереву.
Отец молчал, лицо его оставалось бесстрастным. Он подошёл к шкафу и снял рубашку. Я уставилась на символ на его спине — знак солнца. Такой же, какой я уже видела раньше на шее Дагунцева-старшего, когда отец Артёма запечатывал его силу. Но было что-то ещё. Нахмурившись, я покопалась в памяти, чтобы вспомнить, где уже видела такое. Но никак не могла вспомнить, где именно.