Даже через одностороннюю стеклянную панель ею можно было залюбоваться. Она возвышалась над Солом на пару дюймов, и если шубка была из настоящего соболя, то на нее пошло не меньше сотни шкурок. Войдя, она сверкнула ослепительной улыбкой, которой я тут же удостоился вторично, после того как повесил шубку. Сол, предвкушая удовольствие, с трудом сдерживал ухмылку. Редкостный негодяй. Взяв меня за руку, она нежно промурлыкала грудным голосом:
— Где он, Арчи?
После чего, не выпуская моей руки, устремилась прямехонько в кабинет. Там она, отпустив руку, протанцевала до середины комнаты, повернулась лицом к Вулфу, бросила сумочку на пол и пропела:
Потом протянула к Вулфу две длинные изящные руки и изрекла:
— Теперь орхидеи. Показывайте!
Признаться, зрелище было впечатляющее. Похоже, правда, Вулф тоже не собирался сдаваться, демонстрируя, что и он не лыком шит. Он хмуро пялился на нее, причем на его лице было точно такое же выражение, которое я не раз видел, когда он никак не мог угадать нужное слово в кроссворде.
Вулф перенес хмурый взгляд на меня и рыкнул:
— Это ты подстроил?
— Нет, — звонко ответила она. — Со мной никто никогда ничего не подстраивает. Это ни к чему. Где орхидеи, толстяк? Смелей!
— Мисс Джексон, — произнес Вулф.
— Только не здесь! — отрезала она. — Я Джулия Джекетт.
— Только не здесь! — жестко сказал Вулф. — Возможно, много лет назад, при других обстоятельствах я бы воздал должное этому спектаклю, но только не здесь и…
— Это не спектакль, мужик, это я.
— Не верю. Создание, которое ворвалось сюда и прогнусавило сии скверные вирши, не способно есть, или спать, или писáть, или читать… или любить. Вы способны любить?
— Ха! Это я-то!!
Вулф кивнул:
— Вот видите? Минуту назад вы бы сказали: «Это я-то, мужик!» Вы прогрессируете на глазах. Что касается вашего желания посмотреть на орхидеи, его легко исполнить. Либо мистер Пензер, либо мистер Гудвин могут проводить вас в оранжерею в удобное время, может быть завтра. Сейчас у нас другие дела и совсем мало времени. Вы хотите, чтобы убийцу Изабель Керр изобличили и наказали?
— О да, еще как. Еще как, мужик!
Вулф скорчил гримасу:
— Не возвращайтесь к старому. Я тоже хочу, чтобы убийца получил по заслугам, поскольку, только изобличив его, я могу освободить арестованного. Орри Кэтера. Мисс Керр, должно быть, рассказывала вам о нем.
Джулия Джекетт уставилась на Вулфа с высоты своих пяти футов и двух дюймов.
— Вы что, больны? — спросила она.
— Нет. Я зол, но не болен. Если вы считаете, что ее убил мистер Кэтер, то вы ошибаетесь, и я собираюсь это доказать, найдя настоящего убийцу. Вы не убивали?
Сол и я стояли между ней и дверью. Джулия повернулась к нам и отчеканила:
— Ах ты, крыса!
— Я не виноват, — ответил Сол. — Вы сразу сказали, что полагаете, что ее убил Орри. Вы также сказали…
— Вы пообещали, что Ниро Вулф попросит меня помочь уличить его.
— Нет. Я сказал: Ниро Вулфу нужна ваша помощь. Вы же ясно дали понять, что мне ничего не скажете.
Она круто развернулась, словно ища, чем в нас запустить, потом прошла к моему столу, уселась на мое место и уставилась на Вулфа. Не знаю, хватило бы у нас сил вытащить ее оттуда, но я счел за лучшее сесть в красное кожаное кресло, а Сол разместился в одном из желтых.
— Значит, вы рассчитываете спасти его шкуру, потому что он на вас работает, — произнесла она. — Чушь собачья! Как вы это сделаете? Расскажите.
— Не могу, — замотал головой Вулф. — Я и сам не знаю. Вы, кажется, убеждены в вине мистера Кэтера и наверняка изложили свое мнение полиции, но там, похоже, еще не пришли к какому-то заключению. Во всяком случае мистер Кэтер задержан только как важный свидетель. Может быть, вы поделитесь со мной своей убежденностью? Почему вы так уверены, что убийца — мистер Кэтер?