Беверли усмехнулась и провела пальцем по ободку бокала.
— Хочешь узнать, не пристрастилась ли твоя старая тетка к чему-то опасному? Не тревожься, я просто их коллекционирую. Кактусы.
— Надо же, — только и смогла ответить я, испытывая сложную смесь облегчения, досады и удивления.
Радовало, конечно, что Беверли не попала в нездоровую зависимость. Мне довелось повидать морфинистов и курильщиков опиума, и впечатления эти не из приятных.
Но вместе с тем не оставляло чувство, будто меня разыгрывают. Элизабет нетрудно было вообразить в розарии или даже в теплице, посреди ухоженных грядок с овощами. Но Беверли, которая возится с землей? Пачкает руки с безупречным маникюром? Это было за гранью моего понимания.
— Восхитительная коллекция, — вмешалась Элизабет с присущим ей тактом. — Так много чудесных цветов! Я даже не представляла, что кактусы могут быть настолько красивыми. Беверли, тебе удалось создать удивительный сад.
Беверли улыбнулась с долей самодовольства.
— В конце концов, это моя работа.
Очевидно, удивление мне спрятать не удалось, поскольку Элизабет пояснила вполголоса:
— Беверли преподает ботанику и естествознание.
И пока я пыталась осознать это потрясающее сообщение (как мало я знаю о своих тетушках!), мистер Янг откланялся.
— Не буду мешать, дамы. Отдыхайте. Надеюсь, вам у нас понравится.
Я дождалась, пока владелец бара исчезнет за дверью, и произнесла глубокомысленно:
— Хорош...
Беверли выгнула бровь.
— Надумала изменить своему полицейскому?
Тон у нее был шутливый, но проскальзывало в нем... нечто.
— Не настолько хорош, — уточнила я примирительно. — Не переживай, не стану я посягать на твоего кавалера... Хотя сомневаюсь, что он бы поддался.
Даже если не вспоминать о моих сомнительных прелестях, то Рэй Янг столь очевидно видел одну лишь Беверли, что пытаться конкурировать с ней было бы попросту смешно.
— Никогда не знаешь, чего ждать от мужчины, — неожиданно горько сказала она, вынимая из сумочки портсигар.
Ванильные сигариллы? Мерзость какая!
Я сморщила нос и достала собственные сигареты, крепкие и вопиюще не женственные.
Элизабет немного отодвинулась, хотя в насквозь прокуренном баре скрыться от сигаретного дыма было некуда.
— Знаешь, — сказала я, щелкнув зажигалкой, — На мой взгляд, опасаться тебе нечего. Когда мужчина так внимателен — и снисходителен — к увлечениям женщины, это многого стоит.
Беверли выгнула бровь и потянулась за чайником.
— Все они внимательны и снисходительны... пока знают, что могут тебя упустить.
— Из таких соображений мистер Янг — просто находка, — хмыкнула я, намекая на ту зыбкую почву, на которой зиждились их отношения.
— Не все, — возразила Элизабет вдруг тихо, но решительно. — Тут я согласна с тобой, Лили. Многие мужчины даже мысли не допускают, что у женщины могут быть собственные интересы.
— Ты об Эдварде Фишере? — Беверли стряхнула пепел. — Брось, не стоит судить весь мужской пол по одному болвану.
— Я и не сужу, — качнула головой Элизабет и мягко улыбнулась. — Есть ведь Чарльз, который понял, поверил в меня и помог. Не то, что некоторые.
— За это и выпьем, — предложила я, усмехнувшись. — За целеустремленных женщин и понимающих мужчин!
Тут даже Элизабет не удержалась, отсалютовала чашкой, и мы понимающе переглянулись. О мужском пренебрежении к слабому полу мы трое знали не понаслышке.
— Значит, Чарльз твое увлечение одобрил? — я глотнула коньяка, затянулась сигаретой и задала наконец давно волнующий меня вопрос: — А вы заключили брачный договор?
Глаза Элизабет на мгновение округлились, а Беверли бессовестно расхохоталась.
— Ты стала по-мужски прямолинейна, — мягко попеняла мне Элизабет, однако рассерженной она не выглядела.
— Что поделать? — отозвалась я и руками развела, едва не уронив чашку. Коньяк оказался коварным. — Профессия сказывается. Так все же, удовлетворишь мое любопытство?
Элизабет рассмеялась.
— И настойчивость тоже профессиональная? Что же, скрывать мне нечего. Мы не только заключили брачный договор, но и оформили совместное предприятие, которое позволит мне получать личный доход от патентов. На этом, кстати, настоял Чарльз.
— Очко в его пользу, — кивнула я. — Кстати, раз уж мы заговорили о патентах. Что ты все-таки изобрела?
Глава 7
Я была готова услышать нечто мудреное, но Элизабет ответила просто:
— Кухонные штучки.
Постойте, она что же, запатентовала новый способ разбивать яйца и тому подобную ерунду?