Он не мог знать, что Кулешов был партизанским агентом. Антон заставил Мелька подменить формулу препарата. Новый состав разработали в секретной лаборатории в Москве, и Кулешову передал эту формулу Бершадов. Когда это обнаружил Панфилов, тоже работавший в лаборатории, Мельк его убил. Сделал он это в тот самый момент, когда Панфилов вместе со своим ассистентом Матвеевым отправились на кладбище брать свежий материал из трупов расстрелянных…
— Мельк убил Панфилова? — удивилась Зина. — А кто же убил Кулешова?
— Кулешова убил я. И девку его, которая стащила портсигар Кулешова, подаренный ему Мельком. Ее я тоже убил, — ответил Тарас даже с некоторой гордостью. — В портсигаре Кулешов хранил ампулы с ядом. Такие, как эти.
На ладони его лежали ампулы — точь-в-точь такие, какие были в кармане вора. По какому-то наитию Зина забрала их из морга.
— В них не морфин, — уточнил Тарас. — Видишь, «Морфин» написано от руки. В них яд.
— Ты убил воров? — спросила Зина.
— Конечно. Щипач обворовал антиквара, которому любовница Кулешова Малахова продала портсигар с содержимым. Я следил за ним и убил, когда он полез на кладбище грабить трупы. А заодно и его подельника.
— Что означал череп на портсигаре?
— Принадлежность к оккультному рыцарскому ордену. Подробности тебе знать не обязательно.
— Ты стал убийцей, — вздохнула Зина. — Но зачем?
— Я хотел сохранить свое открытие. Но я тогда не знал, что уже слишком поздно, — сокрушенно ответил Тарас. — Слишком поздно…
Убивая Кулешова, он не знал о том, что информацией о лаборатории уже владеет другой отряд, со связным которого — Садовым — Кулешов поддерживал связь. Этот отряд даже пытался передавать сведения в Москву, ставя под удар всю секретную информацию, разработанную Бершадовым. Тарас пытался забрать и уничтожить препарат, который получился в результате измененной формулы. Вместо наркотика он превратился в сильнодействующий яд. Затем Тарас подкупил Садового, который часто ошивался в кабаках с румынскими офицерами, и тот выболтал всю информацию об отряде.
Но воспользоваться этой информацией Тарас не успел, потому что Садовой был убит, а отряд разгромлен. Тарас не понимал, что произошло. Но он был спокоен — о существовании группы Бершадова он не знал. Но так было до того момента, пока Тарас не получил срочный приказ перевести все образцы препарата из Одессы в Берлин.
Зина все поняла: с отрядом расправился Бершадов за то, что из-за некоординированных действий был сорван его секретный план. Какой был план у Бершадова и его руководства в Москве, Зина могла только догадываться.
Также она догадывалась, что приказ отвезти препарат в Берлин был отдан не без нажатия на агентов советской разведки, которые работали на более высоком уровне.
— Сейчас, именно в эти часы, в этот день препарат везут в Берлин, — сказал торжественно Тарас. — Настоящий, который мне удалось спасти. А меня арестуют, как только я появлюсь в лаборатории. Мельк проболтался под наркотиком о том, что немцы приняли решение меня уничтожить. За мной будет охота. Меня предали. Я пожалел, что уничтожил яд, получившийся после изменения формул. И еще: я убил Мелька, чтобы он не присвоил мое открытие.
— Ты правильно сказал: все поздно, — Зина внезапно поняла, как устала от всего этого, и почувствовала такой леденящий холод, что у нее подкосились ноги. — Препарат не доедет до Берлина. И никто уже не присвоит твое открытие.
— Доедет, — разозлился Тарас. — Что ты несешь?
— Поезд будет взорван.
— Ты врешь!
— Нет. Документы Майнца об отправке поезда у партизан. И это я передала их. Стероид не доедет в Берлин.
— Я… чувствовал это… — раздраженно кивнул Тарас.
— Что теперь ты будешь делать? Куда дальше? Лаборатория уничтожена. Нацисты станут охотиться за тобой. Хочешь, я помогу тебе спастись? Я смогу. Если ты хочешь.
Внезапно Тарас поднял пистолет. Зина отшатнулась к стене. Но он повернул руку, и тут раздался выстрел. С простреленной головой Тарас рухнул к ногам Зины. Дрожащее пламя лампы освещало страшную картину…
Переступив через его труп, Зина ринулась в раскрытую дверь. Подвал находился в доме возле самого кладбища. Крестовская бежала вперед, к железнодорожному переезду, который проходил за кладбищем. Но, не добежав, увидела оцепление из румынских солдат. Она резко остановилась.