Она прошла еще немного по коридору, как вдруг услышала, что сзади нее стукнула какая-то дверь. Зина замерла. Сердце бешено заколотилось. Она услышала позади себя шаги.
Резко обернувшись, Зина увидела за собой белые сверкающие глаза и ярко-красную блестящую ткань. В первый момент ей показалось, что у человека вообще нет лица.
Она отпрянула к стене, едва не издав крик ужаса. Сердце просто выпрыгивало из груди. Но потом, пытаясь взять себя в руки, Крестовская поняла, отчего в слабо освещенном коридоре возникла такая иллюзия. Человек, стоящий за ней, был чернокожим. Это был швейцар Жан.
— Что ты здесь делаешь? — Он выступил вперед и попал в узкую полоску света тусклой коридорной лампочки. Зина увидела, что это пожилой человек, одетый в ярко-красную ливрею с позолотой, и в его пышных волосах уже пробивается седина.
Африканец при этом смотрел недобро, и от него просто волнами шла какая-то странная злость. Казалось, еще мгновение — и он схватит Зину за горло и вытрясет из нее всю душу. Испугавшись, она еще больше отступила к стене.
— Я спросил: что ты здесь делаешь? — Жан говорил совершенно без акцента.
— Простите… — голос ее задрожал, — я зашла спросить.
— Как зашла?
— Дверь была приоткрыта… — Голос продолжал дрожать, и Зине подумалось, что для маскировки это неплохо. Пусть примет ее за обычную дурочку.
— Ну и что, что приоткрыта? — тут же перебил он ее резко. — Разве это значит, что в нее может соваться кто попало? Зачем ты вошла? Воровать?
— Нет! — выкрикнула Зина, демонстрируя страшную обиду. — Я про работу зашла спросить! Вдруг найдется. Я не воровала никогда в жизни! Как вы могли такое подумать!
— Насчет какой работы? — переспросил Жан, словно не понимая, как будто Зина говорила на непонятном языке.
— Ну, может, на кухне. Я работу ищу. Любую. Могу быть посудомойкой, помощником повара, официанткой. Я все, что угодно, делать могу.
— Официанткой?! — Жан вдруг расхохотался и отступил на шаг назад.
Африканец с презрением рассматривал Крестовскую с головы до ног. Вид у нее действительно был не очень. Старое, поношенное пальто, голова перевязана пуховым платком, бледное, изможденное лицо… Весь ее вид говорил о болезненности и глубокой нужде. Зина выглядела так, как большинство женщин в оккупации. Собираясь в «Парадиз», она специально оделась пострашнее, чтобы легенда о поиске работы выглядела правдой.
Однако Жан видел перед собой лишь жалкое, уродливое, истощенное существо, а не женщину. Как не похожа она была на веселых, кокетливых и молодых официанток, на нарядных барышень, проводивших досуг с румынскими офицерами! Не женщина, а жалкая тень. И эта уродина смела еще соваться в приличное заведение, предлагать свои услуги!
Схватив Зину за плечо, он с силой толкнул ее по направлению к двери:
— Пошла вон!
— Подождите! — Крестовская попыталась вырваться и повысила голос. — Подождите, но, может, что-нибудь у вас найдется? Какая угодно работа! Я все делать могу! Могу кастрюли чистить, полы мыть. Мне очень нужна любая работа!
— Нет здесь для тебя никакой работы, побирушка! Убирайся вон!
Вдруг раздался скрип и в коридоре открылась одна из дверей. На пороге возникла очень полная дама зрелых лет, с высокой пышной прической из седых волос. Ее тяжелое платье из черного шелка было заколото у подбородка массивной золотой брошью. Дама выглядела надменной и величественной, как английская королева.
Зина моментально отметила, что при появлении дамы африканец переменился. Он сразу стух, и на его лице появилось заискивающее выражение.
— Пфуй! Вопли, крики! — Дама надула щеки. — Что здесь происходит? Здесь приличное заведение, а не ваш русский бардак!
— Простите, Матильда, — стушевался африканец, — вот эта побирушка вломилась. Сейчас я ее вышвырну.
— Я не вломилась, — тут же вмешалась Зина, понимая, что это ее шанс, — я спросила, нет ли для меня какой работы. У вас много посетителей, может, какая-нибудь работа есть.
— Работа? — Глаза дамы сузились. — Ты ищешь работу? А что ты умеешь делать?
— Я могу работать помощником повара, посудомойкой, официанткой, — заторопилась Зина. — Делать все, что угодно. Я очень аккуратная и исполнительная. На последнем месте работала помощником повара. Но кафе закрылось. Я ищу работу и вот решила зайти к вам. Подумала, может, вам нужны люди?