Вообще судьба домашних животных была ужасающей. Понятно, что евреям было запрещено брать с собой своих любимцев. И те оставались в квартирах, во дворах либо бежали за страшной колонной, не понимая, почему их бросили и куда уводят их хозяев. Бежали так до тех пор, пока не падали без сил либо пока солдаты ради развлечения не открывали стрельбу по кошкам и собакам…
Дети страшно плакали и не могли понять, что происходит. Находя у ребенка котенка или щенка, солдаты тут же выкидывали их на снег, на мороз либо убивали на месте, прямо на глазах у детей.
В гетто на Слободке были выселены около 40 тысяч оставшихся в Одессе евреев.
Они находились в условиях невероятной скученности, так как жилья на всех не хватало. Люди были вынуждены зимой находиться под открытым небом, и это привело к массовой смертности от переохлаждения.
И все знали, что в гетто люди находятся временно. Они были собраны на Слободке для того, чтобы дальше их отправили в сельские концентрационные лагеря смерти — для полного уничтожения.
Высокая железнодорожная насыпь на Слободке создавала отличную изоляцию. В Одессе ходили слухи, что евреев поселят в частных домах жителей Слободки, а тех переселят в город, в освободившиеся квартиры евреев. Это очень волновало жителей Слободки, которые не намерены были расставаться со своими собственными, уже привычными и часто добротными домами. Конечно, слухи эти были нелепы — уж слишком хорошие условия обещали евреям.
Для того, чтобы жители Слободки и других районов Одессы не вздумали помогать евреям, в город и конкретно на Слободку были выпущены специально обученные провокаторы. Набирали их из местных полицейских агентов. Среди них было много женщин.
Эти агенты на чистейшем русском и украинском языках рассказывали, «ходя в народ», о евреях жуткие, пугающие слухи.
Утверждали, что евреи режут русских и отбирают у них паспорта. Что тех евреев, которых отправили на Сортировочную, держат в вагонах запертыми и они едят друг друга. И еще ходил среди одесситов «правдивый и подробный рассказ» о том, как у еврейки купили сахар. А он был отравлен, и несколько человек от него умерли…
Наконец, самый гнусный и нелепый слух был о том, что до вступления румын в Одессу евреи собирались перерезать всех славян — русских и украинцев, но благодаря появлению румын эта Варфоломеевская ночь не состоялась…
Многие одесситы понимали, что эти гнусные слухи — легенды, выдуманные жандармами сигуранцы, но были и такие, которые принимали их за чистую монету. Оккупационные спецслужбы много сил положили на разжигание межнациональной розни. Однако они не учли специфики южного города.
В Одессе с самого возникновения города мирно, бок о бок жили люди всех национальностей — украинцы, русские, поляки, греки, немцы, евреи, армяне, грузины и прочие народы. Одесситы были представителями всех национальностей. Здесь абсолютно спокойно заключались межнациональные браки. А потому большинство одесситов понимали, что гнусные слухи о евреях — всего лишь преступная ложь убийц.
На самом деле жителей Слободки никто не выгонял из их домов. Вопрос был решен по-другому. Слободка была огорожена от Одессы железнодорожной насыпью. Попасть в город можно было лишь через несколько железнодорожных мостов. У каждого из них стояли патрули и тщательно проверяли документы у любого, кто пытался выйти.
Слободка превратилась в охраняемый лагерь, покинуть который без пропуска было невозможно.
А высланных из города евреев разместили в нескольких местах — как уже упоминалось, в огромном пустующем общежитии Водного института, на пустыре за ним и на квартирах у местных жителей, за что тем платили одну марку в сутки за каждого человека.
Ежедневно немцы окружали несколько таких домов, выгоняли на улицу поселившихся там евреев и отводили в помещение школы, где комплектовалась очередная партия для отправки.
Людей гнали к железнодорожной станции и заталкивали в уже подготовленные товарные вагоны. Больше они не возвращались.
С каждым днем евреев оставалось все меньше. Немцам стало труднее собирать и укомплектовывать очередную партию для отправки. Люди прятались, как могли, но это было практически невозможно. От жуткой смерти не было спасения, была лишь отсрочка.
С 12 января по 20 февраля 1942 года оставшихся 19 тысяч евреев депортировали в Березовский район Одесской области. Их перевозили в неотапливаемых товарных вагонах, в жуткой скученности и антисанитарии. Многие погибли в дороге.
В Березовке составляли партии, которые пешком отправляли в Сиротское, Доманёвку, Голту, Богдановку и другие концентрационные лагеря.