— Разберусь. — отходя от стойки со стаканом, отрезал Сергей.
— Не, она только со своими будет разговаривать. С пришлыми только через меня.
— Почему? — нажав кнопку «капучино», спросил Погорелов.
— Ну, чтобы если потом её в лесополосе задушенной найдут или с потрохами наружу, я бы ментам тогда дал номера машины и внешность водилы.
— Продумано. — покивал Погорелов и достал корочку. — Интересует, но не по профилю.
— По бабке?
— Да.
— Зову? Кофе ей возьми и пожрать чего-нибудь. С утра небось голодная.
— Плохо платят?
— Не, отчим лупит по вечерам, если не принесёт денег сколько надо. Он военный бывший, лупит так, что синяков нет, а внутрянку нормально взбалтывает. Вот она бабло и бережёт. Так что? Зову?
Погорелов, потихоньку усваивая информацию, покивал и присел за столик в углу небольшого кафе. Оперативник смотрел, как, намеренно выбрасывая ноги вперёд, идёт по направлению к зданию девушка и, отведя глаза, отпил кофе.
— Что хотел? — вгрызаясь в бутерброд, спросила барышня и села напротив Погорелова.
— Здравствуйте. О вчерашнем преступлении слышали?
— Здесь новостей мало, так что все слышали. И о том, что ты здесь с самого утра тоже слышали.
— Судя по заключению судмедэкспертов…
Девушка откинула назад голову, потрясла копной тёмных волос и, проведя ладонью по длинной шее, посмотрела на Погорелова:
— Чужих вроде не было. Но я же не всегда здесь стою, отъезжала, может и проскочил кто. Я в одиннадцать вечера вообще стараюсь либо с клиентом уехать, либо в кафе пересидеть.
— Почему?
— Да на станции замкнуло, что ли, что-то, и каждый вечер уже полгода в одиннадцать во всём посёлке отключается свет на пятнадцать минут. Уже и жаловались, и писали, а толку, — махнула рукой барышня. — Слушай, прости за наглость, страсть как мороженое хочу. Угостишь? — девушка улыбнулась, и Погорелов вдруг увидел какую-то страшную, почти старческую усталость в глазах молодой девушки.
— Ну да, — неловко пожал плечами молодой человек, — какое тебе?
— Я сама возьму, — весело вскочила она, — не волнуйся, дорогое брать не буду.
Выбрав себе шоколадное лакомство, девушка присела обратно и, откусив маленький кусочек, проговорила:
— Про бабку точно не скажу. А про девушку, насчёт которой кипиш был на днях, интересно?
— Конечно.
— Она, видимо, заблудилась. Подъехала к заправке, спрашивала у дальнобоя дорогу, потом ко мне подошла. Ну ты понимаешь, ко мне женщины редко подходят. Она вроде как и не поняла, чего я там стою, подвезти предлагала. — усмехнулась девушка. — Так вот, за полчаса перед ней на ту дорогу свернул серый, неприметный минивен. Ну не микрик, а такой, как универсал, что ли. Криповый такой.
— Какой? — поморщился Погорелов
— Тревожный.
— Почему считаешь, что тревожный?
— Я на дороге третий год стою. В такие ситуации попадала, что теперь на раз выпасаю, куда можно сунуться, куда не надо. Вот я бы ни за какие деньги в ту машину не села.
— А сколько тебе лет? — неожиданно спросил Погорелов.
— Как восемнадцать стукнуло, так на следующий день на трудовую вахту встала. — фыркнула барышня. — Но я тебе вот что ещё скажу, серый микрик приехал не с основной трассы. — повернувшись к продавцу, она крикнула. — Гарик, дай карту!
Молодой человек лениво обогнул стойку, бросил на пластиковый стол сложенную бумажную карту и снова ушёл.
— Не обращай внимания. Любит меня, на побег копим. — улыбнулась она. — С детства вместе. Когда-нибудь заживём.
— Тебя кто-то удерживает? — напрягся Погорелов.
— Жизнь. Я без образования, делать мало что умею, Гарик со справкой, он у меня слегка того. — она постучала пальцем по голове. — Так что если мы сейчас дёрнем, то выбравшись из этого дерьма, в ещё худшее влезем. А при деньгах, нормально, пробьёмся. — она вскинула на него глаза. — Ты слушать-то будешь или тебе неинтересно? — девица ткнула в тропу, которая выходила на основную трассу. — Вот перед этой грунтовкой, есть другая, менее приметная. Так вот, там карьер разрабатывали и, скорее всего, он отсюда приехал, машина была в рыже-красноватых подтёках. Там песок именно такой.
— Спасибо. — проговорил Сергей и, достав кошелёк, выудил оттуда несколько купюр.
— Не, деньги Гарику отдай. Бабло в семье у мужика должно быть.
Выйдя на улицу, Погорелов стряхнул с себя налёт чужой печали, сел в машину и поехал по заданным координатам. Свернув с основной трассы на второстепенную дорогу, мужчина еле удержал руль, чтобы не съехать в развезённую дождями колею, но успешно вывернув на сухое место, вышел из машины и осмотрелся. И уже через несколько секунд его взгляд упёрся в точно такую же машину, как описывала девушка с заправки.