— Алло, Юлия Дмитриевна, — набрав номер телефона, проговорила Глаша, — нам придётся ещё раз увидеться, и на этот раз у меня дома.
Объяснив причину, Глафира нажала на отбой и равнодушно произнесла:
— А ведь мог быть неплохой ужин, а теперь придётся всё сдать криминалистам.
Глава 5
Зарядивший к вечеру дождь выбивал заунывную тоскливую мелодию по железным крышам, лупил по мокрому асфальту, наливал лужами до краёв провалы в грунтовке, по которой сейчас шёл и проклинал всё на свете Сергей Погорелов. В кармане его влажной куртки завозился телефон, и Сергей, стянув промокшую перчатку, прижал ледышку мобильника к уху.
— Серёга, ты уже был в архиве?
— Нет, у меня ковра-самолёта нет. Архивы упраздняют и с кем-то там объединяют и в связи с этим сослали на задворки мира. До закрытия минут пятнадцать, и если я не успею, то мне придётся переться сюда ещё раз.
— Хорошо. Заканчивай и дуй по новому адресу, сейчас скину. Я тоже туда еду, у нас ещё один расчленённый труп. Ты понял?
— Да понял я! — гаркнул в ответ Сергей, который понял, что его планы отмокнуть в горячей ванне накрылись примерно до завтрашнего вечера, и то если очень повезёт. — Стойте! — истошно крикнул он, когда увидел, что нужную ему дверь спешно закрывает на ключ женщина.
— Что вы хотите? — дама, прижимая сумку к груди, испуганно прижалась спиной к стенке дома и, выпучив глаза, посмотрела на оперативника.
— Не пугайтесь, я из следственного комитета, — успокаивающе произнёс Сергей. — Пожалуйста, мне нужны кое-какие сведения, я вас еле нашёл.
— Я сама это место еле нахожу, — проворчала женщина. — Простите, но меня обычно вечером либо сын, либо муж забирают, а сегодня я добираюсь одна, поэтому закрылась немного раньше. Мне здесь осталось эту неделю доработать, а я боюсь, что даже дожить до её окончания не смогу. Сюда такими пустырями и дворами добираться нужно, что просто страшно.
— Давайте так, — остановил её Погорелов, — сейчас вы открываете, даёте мне информацию, а я вас провожу.
— Правда? — с облегчением выдохнула дама.
— Чистая.
— Вы поймите, — тараторила она, впуская его в помещение архива, — я же не вредничаю. Раньше у нас тоже условия были не ах, но сейчас совсем плохо. А всё из-за того, что прошлое помещение аварийное под снос, а новое, естественно, не готово. Вот и переместили сюда. Но я всё, подала заявление, не могу сюда кататься.
— Скажите, пожалуйста, вот, например, юридическое лицо хочет получить номер для своего полиэтилена, а потом закрывается. Номером снова могут пользоваться?
— Совершенно верно, но когда компания перерегистрируется или заканчивает свою деятельность, то номер возвращается в свободный оборот, — похлопала густо наращёнными ресницами дама, включая компьютер.
— И что, по номеру мы можем узнать, какой компании он принадлежал?
— Да. Но это вам нужно делать запрос в архив. Сейчас много что оцифровывают, и все данные уходят в одно хранилище, — женщина быстро написала на листке бумаги адрес. — Вот, попробуйте здесь узнать, может, что и будет. Если нет, то они лучше подскажут, где хранятся данные.
— Спасибо, — прочитав адрес собственного офиса, процедил Погорелов. — Завтра в заголовках газет появится заметка о загадочном убийстве следователя Визгликова, — пробормотал он. — Собирайтесь, пойдёмте быстрее, а то у меня ещё расчленёнка.
Женщина странно на него взглянула, коротко улыбнулась и пискнула:
— А вы знаете, вы езжайте, мне муж позвонил, он уже едет за мной.
— Ну как хотите, — пожал плечами Погорелов.
— Нет, пожалуй, я неделю ждать не буду, пожалуй, я завтра возьму больничный, — пробормотала женщина после ухода Погорелова и вызвала такси.
Глафира, безуспешно пытавшаяся дозвониться до Ефремова, посмотрела на часы и поняла, что, наверное, даже смысла нет ехать обратно домой. Да и спешно бежать на работу поздним вечером была тоже так себе идея, потому что Визгликов уехал на место происшествия, а Лисицыну в ночи вызвали на беседу с начальством, и что-то Глаше подсказывало, что после этого Анна Михайловна будет в крайне скверном расположении духа. Так что пока ей предстояло в одиночестве наслаждаться мыслью, что Игрок вернулся, причём самым нетривиальным способом, при этом ещё и беря ответственность за одну из линий расследования.
— Привет, — в кабинет вошёл Латунин. — Ты чего так поздно? Вроде уходила.
— Вот, вернулась, — отозвалась Глаша. — А ты чего не дома?