— Ладно, надо как-то по-другому проверять, — пробормотал Погорелов.
Но как только он встал со своего места и медленно пошёл в сторону автобусной остановки, то заметил, что в окнах морга зажёгся и сразу же потух свет. Погорелов остановился, быстро пересёк пустую улицу, приблизился к основному входу и потянул на себя дверь, но она была закрыта. Вытащив из кармана наручники, Погорелов зацепил их на дверных ручках, чтобы злоумышленник не смог удрать, а сам направился к запасному выходу.
Зайдя внутрь, Сергей огляделся: вокруг было пусто, холодно и тихо, как и должно быть в приличном заведении подобного рода, если нет ночного дежурства. Пройдя несколько шагов, Погорелов прислушался, но не было даже намёка на то, что кто-то из живых есть внутри. Сергею стало несколько не по себе, потому что к встрече с реальными бандитами он был всегда готов, а вот свидание с потусторонним как-то напрягало, и он всегда обходил такие темы стороной и особо не верил в силы, властвующие над суровым реализмом.
Присев на табуретку возле прозекторской, Сергей посмотрел на часы, сверился с расписанием автобусов и решил, что здесь хоть и не тепло, но не так сыро, как на улице, а поскольку райончик кафешками не изобиловал, то морг представлялся наиболее уютным местом, где можно было переждать время до отъезда. Вспомнив про наручники на входной двери, Погорелов поморщился и подумал, что проходящие мимо явно будут живо интересоваться такими новинки в запорной системе.
— Видимо, придётся идти, — вздохнул Сергей, но вдруг замер.
Из тёмного коридора, от холодильников, где лежали тела, явно послышался звук шагов. Осторожный, крадущийся, скользящий звук прошёлся морозом ужаса по загривку оперативника, Погорелов неслышно метнулся за шкаф и в щёлку стал смотреть за тем, что могло появиться из прохода.
Сначала на блестящий линолеум пола, где крутилось пятно от уличного фонаря, упала тень, потом Погорелов увидел, как по стене выползают пальцы и еле сдержался, чтобы не заорать, а дальше неожиданно показался мальчишка, воровато оглядывающийся по сторонам.
— Ну пошли, что ли, — тихо сказал он кому-то за спиной.
— Стрёмно, — отозвался второй голос.
— Не ссы, лавэ срубим в этот раз немного, зато клиент стабильный и будет доволен. Я и так папку с мамкой еле заставил дядьку напоить. Какую-то чухню им гнал целый день, что у него ребёнок на руках умер, а он сделать ничего не смог, а потом вскрывал его.
— Сказочники вы, однако, — громко сказал Погорелов, выходя из-за шкафа и включая свет.
Спустя час, когда чехарда с поимкой пацанов, вызовом наряда и родителей улеглась, довольный Погорелов набрал Визгликова.
— Ну что, Стас, я раскрыл преступление века, — сказал оперативник. — Тут в провинции такие юные бизнесмены растут, что мне страшно за будущее страны. Короче, эти вундеркинды от бизнеса спаивали дядю патологоанатома и торговали разными препаратами и инструментами. А на днях продали труп, который мы потом нашли расчленённым.
— Я понял, — глухо сказал Визгликов.
— Ты чего такой? Что случилось?
— Глаша погибла.
Визгликов отключился, а Погорелов так и остался стоять, прижимая замолчавший мобильник к уху.
Ночь скорбно стояла за окнами, махала траурными ветрами, отражалась в рюмках с горькой водкой, стоявших перед Лисицыной, Визгликовым и Латуниным.
— Я даже думать не могу, — уронила Лисицына, первый раз в жизни растерявшись в подобной ситуации. — Таких новостроек миллион, если даже ребята Кирилла не смогли найти, куда она уехала, то я просто не знаю, что делать.
— Судя по количеству мусора, это какая-то законсервированная стройка, — пожал плечами Визгликов.
— Кирилл сказал, что ребята их отдельным списком вывесили, но их тоже очень много. Патрули разослали, пока никакой инфы нет.
— Вот так сидеть и ничего не делать, это чудовищно, — опрокинув рюмку в рот, проговорил Латунин. — Лучше бы погоня какая.
— Ну, иди побегай вокруг здания, — тихо отозвался Стас.
В кабинет молча зашёл Кирилл, взял со стола водочную бутылку и отхлебнул прямо из горла.
— Грамотная картинка. Никакой лишней информации. Представление только для нас и так, чтобы мы не могли заглянуть за кулисы, — Визгликов присел на подоконник и, взглянув в коридор, замер.
— Стас Михайлович, вот вообще не смешно, — Глафира, вращая глазами, влетела в кабинет и остановилась напротив Визгликова. — Вы вообще не в себе, что ли? Это я ещё остыла по дороге, потому что телефон потеряла. Я из этой помойки еле выбралась.