— Сейчас организуем доставку уставшего тела, — неумело пошутил Погорелов и испарился под гневным взглядом Нинель.
— Глаша, а ты заметила, что у вас пальто похожи? — спросила Польскую заведующая моргом.
— Я это ещё на видео заметила. Я его дня три назад купила, — мрачно сказала Глаша.
— Помнишь где? — поинтересовался Кирилл.
— Конечно, я ж не каждый день за шмотками по магазинам бегаю, чтобы не помнить, где кучу денег оставила, — фыркнула Глафира.
— Очень хорошо. Пиши адрес и название магазина.
— Да откуда я знаю? Я визуально помню. На Петроградке.
Кирилл закатил глаза и выдохнул.
— Ок. Значит, завтра мне нужен адрес и название магазина. Сможешь его найти?
— Нет, я совсем кретин, — раздражённо сказала Глаша. — Поеду домой, проеду мимо и скину все данные, — разворачиваясь, чтобы уйти, проговорила она.
Глафира, попрощавшись с разбредающимися коллегами, села в машину, несколько минут сосредоточенно смотрела вперёд, соображая, куда направиться в этот поздне-ранний час, и решила, что нужно хотя бы немного поспать. Она далеко не суперженщина, которая может обходиться без сна.
Как и обещала, домой она поехала, чтобы вспомнить, где конкретно покупала одежду, потом, отослав адрес Кириллу, Глаша направила машину в сторону дома и долго пыталась вывезти настроение из той трясины, куда оно провалилось, когда она сегодня воочию увидела труп, лежащий на земле. И в какой-то момент Глаше показалось, что это она.
Оставив машину на парковке, Глафира купила поздний ужин в симпатичном круглосуточном бистро, подхватила пакет и пошла к парадной. При подходе к двери подъезда она боковым зрением уловила движение сбоку, резко затормозила и, беспомощно оглянувшись, поняла, что она совершенно одна, а человек держит что-то объёмное в руках, смотрит прямо на неё, кивает и неумолимо приближается. Когда он оказался совсем рядом, последний нерв Глафиры лопнул вместе с её звенящим криком, и она, целясь в лицо противнику, кинула пакет с горячей едой, со всей силы пихнула мужчину в живот ногой и приложила сверху тяжестью далеко не дамской сумки, которую она таскала с собой.
Утром, придя на работу, бледная и с синими кругами под глазами Глаша села на кухне и под пытливыми взглядами коллег сказала:
— Мне нужно научиться стрелять. Я вчера так соседа отлупила, что его чуть в больницу не увезли: я в темноте его не узнала, — она тяжело вздохнула. — Думала, он идёт меня убивать.
— Я не понял, — сказал Стас, — а стрелять-то зачем? Ты его в следующий раз просто пристрелить хочешь?
— Да идите вы, — взвилась Глафира и осела обратно на стул, вытирая ручей предательски выплеснувшихся слёз.
Съехав с основной дороги, Визгликов с Погореловым покрутились по деревенским улочкам и вскоре остановились возле пожарного водоёма, где печально мокли разноцветные кленовые листья.
— Ну и куда нам? — оглядывая раскисшую после дождя дорогу, спросил Стас. — Мы, если на этой тырлыкалке в какую-нибудь лужу воткнёмся, фиг выберемся.
Сегодня Визгликову повезло как никогда: один из его многочисленных друзей отправился покорять далёкие острова в Индийском океане, а Стасу оставил в пользование шикарный красный спорткар с низкой посадкой, на котором Визгликов, в свою очередь, поехал покорять просёлочные дороги Ленобласти.
— Сейчас спрошу, — проговорил Погорелов, первый раз в жизни катавшийся на такой машине. — А попроще-то ничего не нашлось, чтобы на ферму ехать? — перед выходом поинтересовался он.
— Прости, Серёга. У меня нет собственного автопарка, только насовсем сломавшийся автохлам. Так что ездим на том, что дали.
— Ага, главное, чтобы до этого фермера не нужно было пешком пилить, а то эту красоту здесь быстро куда-нибудь умыкнут и под красивую клумбу приспособят, — со вздохом проговорил Сергей, выбираясь наружу.
Моментально утопив ботинок в кляксе лужи, Погорелов плюнул, перескочил на сухой участок и пошёл к торчащему на обочине магазинчику.
— Здравствуйте, — Сергей толкнул болтающуюся филёнку на двери и оказался в полутёмном нутре сельской лавки.
Внутри духоту распирали острые запахи моющих средств, подгнившей картошки, кислого пива, а ещё отчаянно воняла рыба, подсказывая, что ей давно пора в ящик с отходами.