— А знаете, к кому можете ещё обратиться? — нахмурившись, сказала дама и вдруг зычно крикнула:
— Настя, иди сюда! Сейчас я вам дам телефон, — проговорила она, глядя на спешащую к ним девушку, — Настюша, у тебя сохранился номер Акакия или Апполинария? Как этого чудика звали, я не помню, но он шарлатан знатный. Он пытался вступить в наш круг, но у нас могут присутствовать только настоящие просвещённые. Так вот, он торговал ритуалами и обрядами налево и направо и проводил для всех желающих посвящение за очень круглую сумму. Так что вполне может быть, что эти люди обратились к нему.
— Ну город-то большой, почему вы думаете, что только он мог торговать обрядами?
— Город большой, а круг посвящённых маленький. Истинные друг друга знают и кого попало внутрь не пускают. Всего доброго, — передавая записку с номером, проговорила Владлена.
Выйдя на улицу, Глафира потрясла головой и шумно выдохнула:
— Словно в другую реальность попала.
Телефон в сумке начал вдруг повизгивать разного рода сигналами, и Глаша поняла, что, скорее всего, внутри помещения со связью была проблема.
— Кирилл, — проговорила она, набрав номер, — ты просил перезвонить?
— Ну мы нашли блогера, готового поговорить с Игроком. Я сейчас акк пришлю.
— Он осознаёт всю опасность ситуации?
— Она, — Кирилл сделал ударение на слове, — осознаёт.
— Это женщина? — с тревогой в голосе спросила Глафира.
— Да. Но, кроме неё, почти все, к кому стоило обращаться, пошли в отказ. Конечно, есть совсем модные и распиаренные, но нам же важно, чтобы разговор шёл по нашему сценарию, и главное — человек должен быть адекватный и не задавать вопросов, которые могут спровоцировать этого полудурка на действия.
Латунин раннее утро встретил на мокром от идущего дождя перроне, потом провалился в сладкий сон в поезде и продрал глаза, только когда его толкал в плечо дышащий перегаром добродушный мужик.
— Паря, вставай, прибыли, а то в обратку поедешь.
— Ой, спасибо, — зябко содрогнувшись, сказал оперативник.
Выйдя из электрички, Латунин оглядел вытянутое здание железнодорожного вокзала, поискал глазами стоянку такси и пошёл к машине с громкой рекламой, нанесённой на двери автомобиля: «Эх, прокачу. Такси, которое реально возит».
— Здравствуйте, — Латунин остановился позади водителя, протирающего стёкла.
— Здоровей видали, — не поворачиваясь к нему, проскрипел дед. — Чего надо?
— Реально доехать, — попытался пошутить Рома, но таксист был явно не в настроении.
— Если ехать хочешь, прыгай. Если шутковать, за это отдельная доплата.
— Ехать, — твёрдо сказал Латунин.
— Куда?
— В морг.
Мужчина удивлённо воззрился на Рому, подхватил с капота жидкость для мытья стёкол и пошёл на водительское место.
— А чего, правда, их расформировывать собрались? — неожиданно спросил он, когда машина двинулась в путь.
— Да я как-то не в курсе, — пожал плечами Латунин.
— А то непонятно, когда помру, куда повезут. Нужно бы заранее узнать.
Латунин не стал вдаваться в подробности, зачем товарищу такая странная информация, а просто попрощался и вышел возле одноэтажного здания, небрежно сложенного из серого кирпича.
— Здравствуйте, где я могу найти заведующего? — спросил он у одутловатой женщины, смолившей на входе папиросу. — Я из следственного комитета.
— Если покойников не боитесь, то в эту дверь и прямо по коридору, если опасаетесь, то лучше здесь подождите, я вас через центральный вход провожу через две затяжки.
— Не боюсь, — ухмыльнулся Роман и, толкнув холодную металлическую створку, пошёл в указанном направлении. — Добрый день, вы звонили, я из следственного… — Латунин запнулся на полуслове, входя в кабинет заведующего, потому что наткнулся взглядом на распростёртое на диване тело Краснова, — комитета.
— Да мы уж поняли, — горестно вздохнул невысокий, плохо выбритый мужчина, сидевший за столом. — Ваш? — кивнул он на Краснова.
— Частично, — пробормотал Латунин. — А что это с ним?
— Кратковременное падение сосудистого тонуса, сопровождающееся малокровием головного мозга.
— Что? — не понял оперативник.
— Обморок.
— А он в сознание-то приходил?
— Бывало. Но сейчас на воздух собрался, а там отрытую ЧМТ со смертельным исходом привезли. Он прямо на покойного сверху и свалился, — устало сказал заведующий. — Я, конечно, не хочу вмешиваться в вашу работу, но как с такой, простите, тряпочной нервной системой в органах служить?