— Да, — Визгликов махнул рукой, — я уже смирился почти. Аня, давай поужинаем сегодня вдвоём? Не до синих чертей, как обычно, а спокойно так, нормально.
— Не могу, — Лисицына покачала головой. — Я с Ковбойкиным договорилась. Нужно много обсудить.
— Ну вы же с ним не на всю ночь?
— Нет, конечно, — Анна помолчала и добавила: — А потом я домой.
— Это ты мне так непрозрачно намекаешь, что для меня в твоей жизни места нет?
— Нет, Стас, это я так говорю, что у меня голова квадратная от всего происходящего, — тяжело вздохнула Лисицына. — И я много думаю, а для этого мне нужны покой и одиночество.
— В принципе я понял, — Визгликов поднялся со стула. — Но учти, Лисицына, я за тобой бегать не буду, — решительно заявил он. — И вообще, такими женихами, как я, не разбрасываются. Так, ладно, что-то я расчувствовался.
Визгликов сделал широкий шаг, обогнул стол и, быстро наклонившись над Анной, положил руки ей на плечи и, задержав на месте, остановил её поцелуем— Ну вот, а теперь сиди и думай, что ты упускаешь, — хохотнул он и ретировался из кабинета.
Глафира уже битый час сидела и мозолила глаза одним и тем же повторяющемся на экране коротким видеороликом. Ей всё время казалось, что они что-то упускают и есть важная деталь, но составить более цельную картину о Марине теперь было очень сложно.
— Артём, — Глаша посмотрела на мрачного Архарова. — Что тебе про Марину рассказали?
— Про какую Марину?
— Ты издеваешься? Про Ефремову? Пропавшая девушка. Так что тебе про неё сказали?
— Где? — уставился на неё оперативник.
— Я тебе сообщение кидала и просила смотаться к ней на работу, — терпеливо проговорила Глафира. — Ещё позавчера.
— Я не получал, — неуверенно сказал Архаров и открыл мессенджер. — Сообщение удалено, — пробормотал он, и лицо его полыхнуло красной краской. — Глаша, продублируй, пожалуйста. Я сейчас съезжу.
— Поехали вместе, а то у меня глаза скоро отвалятся на экран пялиться, — Глафира встала из-за стола, потянулась и, глянув за окно, проговорила: — Задолбал бесячий дождь.
— А я люблю дождь. Мы с женой познакомились, когда на остановке от ливня прятались, — улыбнулся Артём.
Глафира внимательно посмотрела на него, потом сделала шаг назад и снова села за компьютер. Она сотню раз просмотрела видео, где Марина и Яна поднимаются на платформу и каждый раз у неё было смутное чувство, что она что-то проглядела. Но сейчас, когда она снова включила эту запись, всё вдруг встало на свои места.
— Тёма, срочно найди Визгликова, он говорил, что к криминалистам пойдёт, и Лисицыну позови, — не отрывая взгляда от картинки, сказала Польская, одновременно набирая номер Кирилла. — Привет. Скажи, как я могу увеличить запись с платформы? Я пробовала, но у меня ничего не получается.
— Твой комп не вытянет, там на записи и так зерно крупное, а если увеличить, вообще ничего видно не будет. Скажи конкретно какой момент, я разделю экран, и ты с моего компа всё увидишь, я здесь хоть изображение подчистить смогу.
Когда Анна Михайловна и Стас вошли в кабинет, то они увидели Глашу, которая просматривала плёнку, командуя Кириллу, когда нужно двигаться дальше. Заслышав звук шагов за спиной, она проговорила:
— Сюда смотрите, — Польская потыкала в экран пальцем. — Видите тень? — она указала на еле заметное затемнение на асфальте, вытягивающееся из-под козырька перрона. — При крайне медленном просмотре видно, что вот здесь между опорами, на которые крепится сам перрон, прячется человек. Он появляется в обзоре камеры буквально на долю секунды, поэтому мы его не заметили.
— Где? — спросил Визгликов, присматриваясь к ряби пикселей.
— Вот. Видите, здесь, — она постучала по месту, где солнечный блик на мгновение прорисовывал руку человека и сразу становилось ясно, что там действительно кто-то есть. — Вот.
— Глазастая ты, однако, — внимательно вглядываясь в изображение, проговорил Визгликов. — Кирилл, ты нас слышишь?
— И даже вижу, — отозвался Кирилл.
— Ты его лицо как-то подчистить сможешь?
— Камера на этой станции полный отстой, я не смогу почистить. И лица там как такового не видно, но мы постараемся выжать всё возможное. В конце концов, мы же его машину проследили. Сейчас данных больше, глядишь, и выгорит что-нибудь. Есть у меня пацанёнок один, очень хочет к нам попасть и грозится сделать невозможное. Попрошу его. Всё, что можно, выжмем, — подтвердил айтишник.
— Вы не видите того, что вижу я, — сказала Глаша. — Когда мне Тёма сказал, что с женой под дождём познакомился, то у него морда такая мечтательная была… и у меня как-то всё сложилось в голове, — Глаша выдержала паузу и продолжила: — Кирилл, а запусти плёнку с того момента, как они подходят к платформе, только очень медленно.