Тедди оборачивается к Гарриет. Та пожимает плечами. Не то, чтобы она горела энтузиазмом, но мистер Стоун явно не намерен отступать, а завтра у них еще много дел. Лучше покончить со всем, как можно быстрее.
Мальчик кивает.
— Если он перейдет черту, дай мне знак. Я позову хозяина мотеля и он вызовет полицию! — шепотом, но так, чтобы мужчина слышал каждое слово, произносит Тедди.
Гарриет прикрывает глаза — она услышала.
Ее маленький защитник скрывается за дверью номера, но в окне тут же возникает его внимательная мордашка.
— У меня тоже скоро родится ребенок, — произносит мистер Стоун, с улыбкой наблюдая за демонстративным поведением Тедди. — И если он вырастет таким же, как ваш, я стану самым счастливым отцом на свете.
— Я бы предпочла сразу перейти к делу, — Гарриет его лесть ни к чему.
Характер Тедди такой, как он есть, сложился под гнетом недружелюбных к ребенку обстоятельств. Настоящее чудо, что он не сломался. Выдержал. Женщина даже злейшему врагу не пожелает через подобное пройти…
— Конечно, — кашляет мистер Стоун и оглядывается по сторонам.
Никто не подслушивает.
— Миссис Поттер, я прошу прощения персонально перед вами. Вчера я повел себя отвратительно, — покаянно склоняет голову он. — Я узнал о вас и… вашем трудном положении. Мне искренне жаль, что вам приходится проходить через такие трудности.
Гарриет в раздражении дергает плечом. Жалость ей также ни к чему.
— Пожалуйста, поймите меня правильно. Моя мать — непростой человек, — наконец переходит к сути мистер Стоун. — У нее… сложный характер, не каждый сможет с ней ужиться. Не знаю, как вам это удалось, но я…
Гарриет слушает, не перебивая.
Оказывается, Аманда Стоун вырастила сына одна, муж то ли пропал без вести, то ли бросил — Марк точно не знает. Да и узнавать желанием не горит, то дела давно минувших дней. Всю жизнь Аманда проработала в старшей школе Форкса учителем математики, но два года назад ее увезли в больницу с инфарктом. Марк живет в другом городе, достаточно далеко отсюда, да и о произошедшем ему сообщили с опозданием. Но он все равно сорвался с места, как только узнал, даже дела фирмы отодвинул в сторону — из-за чего потом потерпел убытки. Женщину спасли, она вернулась к повседневной жизни, но на сына за несвоевременный приход затаила обиду. И обиду свою вымещала гневными речами, выслушивать которые у Марка просто не хватало сил.
Он предлагал ей переехать в Порт-Анджелес, к себе. Средства на дом и полное содержание матери у него были — закончил престижный университет с отличием, рано начал работать, чтобы обеспечить семью. И поднялся до уровня, где он сейчас, исключительно своими силами — чем безумно гордился.
— Но мама такая упрямая, — сокрушается Марк. — Она наотрез отказалась оставлять свой дом здесь. Но вы же понимаете, где один инфаркт, там другой — и кто знает, где ее может прихватить. Если дома, никто ведь даже не узнает!..
И полгода назад Аманда действительно снова попала в больницу — с тем же диагнозом. Работу в школе, за которую старушка держалась до последнего, пришлось оставить. Аманда заперлась в доме, обрубила все контакты с соседями, сохраняя общение только с несколькими, наиболее «удачными» учениками. Именно в ее одиночестве и нежелании признавать реальную опасность своего состояния и крылась проблема.
Сам Марк не мог бросить дом, чтобы ухаживать за матерью. Во-первых, у него уже была беременная жена и оставлять ее он не собирался. Во-вторых, работа — в Форксе продолжать дела фирмы просто невозможно. Да и Аманда не хотела принимать его в доме.
Тогда Марк начал искать сиделку. Как и полагается, с хорошей репутацией, навыками и всеми полагающимися сертификатами. Но Аманда сиделок воспринимала как персональных рабов и бессловесных зверюшек, на которых можно скинуть раздражение. Те бежали из ее дома, словно спасаясь от пожара. Одна, две, десять… Когда двадцать шестая истеричным тоном потребовала расторжение трудового договора, не дожидаясь даже первого месяца, Марк потерял надежду.
И просто ежемесячно приезжал к матери, привозил деньги, продукты, и пытался уговорить хоть на что-нибудь: переезд в очередной раз, дом престарелых — крайняя мера, которую предложила его жена, Шарлин. Последнее привело Аманду в ярость — именно эту сцену Гарриет довелось наблюдать.
И тут Марк узнает, что она, Гарриет занимается в доме Аманды уборкой. Причем, занимается не в первый раз, чтобы списать все на случайность или незнание Гарриет характера работодательницы. А потом выясняется, что та по неизвестной причине ей еще и благоволит — именно так Марк расценил еду домашнего приготовления. И нет, он не следил за женщиной, просто так получилось…