— А как насчет денег? — напомнил я.
— Разумеется, разумеется. Вы очень озабочены их потерей.
— Немного тревожусь, знаете ли.
— Успокойтесь, мистер Сент-Ив. Ваши деньги в целости и… и…
— Сохранности, — подсказал я.
— Совершенно верно, в сохранности. Странно, как забываются в нужный момент самые расхожие фразы.
— И где же они в целости и сохранности? — я так сжал трубку, что едва не переломил ее пополам.
— У меня, разумеется, — в голосе отразилось изумление: неужели я мог подумать, что они могли быть в каком-то ином месте. — Вы хотели бы их забрать?
— Если вы не возражаете, то да.
— Так забирайте. Вы могли бы приехать по этому адресу? — он назвал дом на Коркорэн-Плейс, между Эр и Кью-стрит.
— Я возьму такси, — пообещал я.
— Между прочим, мистер Сент-Ив… — Мбвато выдержал паузу.
— Что?
— Мы приготовили вам еще один сюрприз.
— Какой же?
— Воры тоже у нас.
ГЛАВА 18
Такси остановилось у трехэтажного здания на Конкорэн-Плейс, узкой улочки с односторонним движением. Фонари освещали выбеленный фасад. Чувствовалось, что хозяин, кто бы он ни был, следит за домом и постоянно подновляет ею. Я расплатился с водителем, поднялся на семь ступеней и нажал на кнопку звонка. Через минуту в прихожей зажегся свет, дверь чуть приоткрылась, затем распахнулась. На пороге стоял мистер Уладо, высокий, стройный, без пиджака, в рубашке с короткими рукавами.
— Заходите, мистер Сент-Ив. Извините, что так долго не открывал дверь, но мы были на третьем этаже.
Я вошел не в прихожую, но в просторный холл, отделанный панелями полированного дерева. На стенах висели картины, мебель явно сработали не в двадцатом, а может, и не в девятнадцатом веке. Хозяин, похоже, не испытывал недостатка в деньгах. Мистер Уладо направился к лестнице. Я последовал за ним.
— Дом принадлежит американскому другу мистера Мбвато, который симпатизирует нашей борьбе, — объяснил он по пути наверх. — Он и его жена улетели в отпуск в Европу и разрешили нам пользоваться домом, как своей штаб-квартирой. Территориально дом расположен очень удобно, не так ли?
Я с ним полностью согласился.
На третьем этаже мистер Уладо толкнул дверь и отступил в сторону, пропуская меня вперед. Я вошел в просторную комнату, освещенную единственной лампочкой, свисающей с потолка. Под лампой стояли два деревянных стула, а на них задом ко мне сидели мужчина и женщина с руками, привязанными к спинкам. За стульями с мужчиной и женщиной горой возвышался мистер Мбвато. Когда я вошел, он посмотрел на меня.
— А, мистер Сент-Ив. Как вы быстро доехали, — голос его источал радушие.
— На то была веская причина. Двести пятьдесят тысяч долларов.
— А, деньги, — он рассеянно огляделся. — Кажется, они там, — он указал на левую стену. Чемодан стоял под окном.
— Благодарю, — промямлил я.
Мбвато помахал рукой.
— Какие пустяки. А теперь познакомьтесь с ворами. К сожалению, они ничем не хотят нам помочь.
Я подошел к Мбвато, встал рядом с ним, взглянул на привязанную парочку. Мужчина лет тридцати, черноволосый, с длинными бакенбардами, в черной водолазке, черных брюках, черных туфлях. Восточный разрез глаз, выступающие скулы. Тонкие бескровные губы, острый нос. Такого легко представить контролером в супермаркете. Женщина лет двадцати двух. Тоже в черных водолазке и брюках. Длинные русые волосы, синие глаза, обычный носик, чуть припухшие губки, в общем, ничего особенного.
— Это Джек, а это Джилл, — представил их Мбвато. — Больше мы пока от них ничего не узнали, но я уверен, что со временем они разговорятся.
— Как вы их поймали?
Уладо присел на корточки за стульями, вероятно, проверяя, надежно ли завязаны узлы. Затем поднялся и остался за спинами пленников, сложив руки на груди.
— Вы редко оглядываетесь, не правда ли, мистер Сент-Ив? — спросил Мбвато.
— Пожалуй, вы правы.
— Последние несколько дней мы держали вас под постоянным наблюдением. Один из моих помощников заглянул следом за вами в Никерсон-Билдинг, где убили этого Спиллейси.
— Он не поднимался со мной в лифте.
— Не поднимался. Но наблюдал за вами, когда вы читали указатель учреждений, расположенных в доме, и заметил, на каких этажах останавливался лифт. В указателе вы просмотрели только раздел на букву «М», а лифт останавливался на шестом и одиннадцатом этажах. Из контор на этих этажах лишь одна, Меса Верде Эстейтс, начиналась с буквы «М». Когда вы спустились вниз, другой из моих помощников пошел за вами, а третий поднялся на одиннадцатый этаж, заглянул в комнату, занимаемую Меса Верде Эстейтс, и убедился, что мистер Спиллейси мертв,