— Тоже не знаю, — ухмыльнулся Деметер. — Честное слово. И надеюсь, что не узнаю никогда.
ГЛАВА 21
Влажность заметно повысилась, когда следующим утром я вышел из здания полицейского управления, расположенного в доме 300 по Индиана-авеню. Серые низкие облака медленно плыли на восток. Часы показывали четверть двенадцатого, и в горле у меня пересохло, потому что я отвечал на вопросы не меньше часа и некоторые из моих ответов с небольшой натяжкой можно было назвать правдивыми.
Я остановил такси и в одиннадцать двадцать семь вылез из него у входа в музей Култера. Ровно в половине двенадцатого негритянка-секретарь Фрэнсис Уинго открыла мне дверь в ее кабинет. На этот раз Фрэнсис встретила меня без улыбки. Мало того, что я не вернул щит, я еще и опоздал на полчаса.
В четыре утра, когда я ворочался в постели, а сон все еще не шел, ситуация казалась предельно ясной и простой. Теперь же, когда я входил в кабинет Уинго, в душу мою закрались сомнения, а правильно ли я все рассчитал,
Фрэнсис Уинго и Уинфилд Спенсер сидели в дальнем конце кабинета у камина, Я заметил, что со стены исчезла картина Клее. Ее место заняло абстракционистское полотно с многочисленными ярко-синими кубиками. Фрэнсис Уинго на этот раз надела белое платье. Спенсер прибыл в том же сером костюме-тройке, правда, сменил рубашку и галстук, отдав предпочтение синей бабочке в белый горошек. Они оба недовольно глянули на меня — деловые люди, вынужденные ждать бездельника.
— Извините, что опоздал. Пришлось давать показания в двух отделах полиции, и на это ушло больше времени, чем я предполагал.
— Пока мы вас ждали, — заговорила первой Фрэнсис Уинго, — я рассказала мистеру Спенсеру о телефонном звонке лейтенанта Деметера. Он позвонил в час ночи и сообщил об аресте двух подозреваемых. Их взяли с деньгами. При нашем последнем разговоре вы могли хотя бы намекнуть, что деньги пропали, мистер Сент-Ив.
— Я бы все вам сказал, но вы бросили трубку.
Спенсер опять уставился взглядом в мой лоб.
— Если я понял правильно, деньги возвращены, воры пойманы, но щита по-прежнему нет. Таков сегодняшний итог, не так ли, мистер Сент-Ив?
— Да, — кивнул я.
— А вы, судя по всему, сделали то, чего делать не собирались?
— Простите?
— Помогли поймать воров.
— Получается, что так.
Спенсер кивнул, и взгляд его переместился на кофейный столик между креслами, на которых они сидели, и диваном, где расположился я.
— Мы, разумеется, крайне разочарованы.
— Я вас понимаю.
— Щит для нас куда важнее, чем воры или деньги.
— Естественно.
У меня вновь разболелась голова.
— У нас появляются новые проблемы, — подала голос Фрэнсис Уинго. — Мы больше не можем скрывать кражу от газет. После того, как утром я связалась с посольством Жан-долы, они потребовали, чтобы музей Култера подготовил соответствующее заявление для прессы.
— Это довольно-таки необычно, — заметил я.
— Согласна с вами, но и национальные сокровища крадут не каждый день.
Я огляделся в поисках пепельницы, но не обнаружил ничего подходящего. Фрэнсис Уинго, прочитав мои мысли, прошлась к столу, принесла пепельницу и поставила передо мной. Я закурил, не обращая внимания на недовольную гримасу Спенсера.
— В этом деле все необычно, — начал я. — Началось с кражи, а кончилось убийством четырех человек, и я не уверен, что под этим списком подведена черта. Но самое-то странное состоит в том, что щит и не собирались возвращать. Во всяком случае, музею.
Спенсер хохотнул. До этого я ни разу не видел, чтобы он улыбался, так что этот смешок несказанно изумил меня.
— Извините, но мне вспомнилась лекция, которую вы прочитали нам при нашей первой встрече, когда мы собрались, чтобы назначить вас нашим посредником. В тот раз вы всячески открещивались от того, чтобы принять участие в разгадке совершенного преступления или высказать какие-либо предположения насчет личности воров. Теперь же, лично передав воров, — если я правильно понял, мужчину и женщину, — полиции, вы решили сыграть Шерлока Холмса, чтобы определить мотив преступления. Еще раз извините, мистер Сент-Ив, но это весьма забавно. Может, вы доиграете эту роль до конца и скажете нам, где сейчас щит?
— Кражу спланировал безвременно ушедший от нас муж миссис Уинго.
— Это ложь, — голосу Фрэнсис Уинго не хватало убедительности.
— А я думаю, правда, — возразил я. — Того же мнения придерживаются и полиция, и воры. Они сказали мне об этом прошлой ночью. Ваш муж и не собирался возвращать щит музею. Он лишь хотел получить выкуп. Его доли хватило бы на героин, а потом всегда оставалась возможность шантажа.