— Надеюсь, он не из полиции?
— Нет, он не полицейский. Для меня он будет страховым полисом.
— И вы действительно думаете, что вам нужен… страховой полис?
— Да, — честно ответил я. — Я действительно так думаю.
В мой номер в Мэдисоне я вошел в четверть первого и сразу позвонил по телефону. После первого же гудка в трубке раздался знакомый бас.
— Мбвато?
— Мистер Сент-Ив? Как хорошо, что вы позвонили.
— Щит вы получите сегодня, в восемь вечера. Последовало долгое молчание.
— Вы уверены?
— Я не уверен даже в том, что земля круглая.
Он рассмеялся.
— Согласно нашим верованиям, она кубическая.
— Не отступайте от них ни на шаг.
— Да, конечно, — он вновь помолчал. — В вашей стране есть поговорка насчет дареного коня.
— Это не подарок, — возразил я. — Вам придется заплатить.
— Вы возвращаете мне веру в человеческую природу.
— На это я и рассчитывал.
— И какова ваша цена?
— Шестьсот восемьдесят пять долларов. Это мои расходы.
— Вы, разумеется, шутите.
— Нет, я не шучу.
— Да, — опять пауза. — Вижу, что не шутите.
— И еще, — продолжил я.
— Слушаю.
— Как скоро вы сможете вывезти щит из страны?
— Прямо сегодня. У нас разработано несколько вариантов.
— Есть ли среди них подходящий для Виргинии?
— Простите?
— Виргинии. Откуда придется вывозить щит. Сейчас он находится неподалеку от Уэрринтона.
— Вы думаете, уезжать придется в спешке?
— Да.
— В сильной спешке?
— Да.
— Может, даже придется спасаться бегством?
— Не исключено и такое.
— Тогда дайте мне точный адрес, и я подключу мистера Уладо. Он — специалист по таким делам. И весьма неплохой.
Я перечитал ему содержимое листка, записанное со слов Спенсера.
— В гараже у меня взятый напрокат автомобиль. Мы поедем на нем.
— Где мне с вами встретиться?
— Приходите в Мэдисон. В семь часов.
— Что-нибудь еще? — спросил Мбвато.
— Нет.
— Тогда позвольте мне заняться подготовкой.
— Нет возражений.
Он, однако, не попрощался и не положил трубку.
— Извините, мистер Сент-Ив, но меня снедает любопытство. Почему вы все это делаете, если совсем недавно мы слышали от вас лишь железное нет?
— Я передумал.
— Но почему?
— Сахарная вата.
— Не понял.
— Я сладкоежка. Меня хлебом не корми, а дай что-нибудь сладенькое. Или расскажи историю о голодных детях, потерянных щенках или больных котятах. А если история получается особенно трогательная, у меня возникает непреодолимое желание помочь слабым и сирым, — и я положил трубку, прежде чем он успел что-нибудь сказать.
ГЛАВА 23
На выезде из Вашингтона мы сбились с пути лишь однажды. Заблудиться в столице можно без труда, что мы и сделали неподалеку от Мемориала Линкольна, повернув к Балтимору. Мбвато, штурман нашего экипажа, скоро в этом сознался: Кажется, мы едем не туда, старик.
Увидев перед собой указатель: БАЛТИМОР — ПРЯМО, я с ним согласился, развернулся в неположенном месте и вновь взял курс на Мемориал Линкольна. На этот раз мы переехали в Виргинию по Мемориальному мосту, нашли Вашингтон Мемориал Маркуэй, проскочили мимо поворота к комплексу ЦРУ и наконец свернули на шоссе 495, кольцевую дорогу, огибающую Вашингтон. Кондиционер во взятом напрокат форде не работал, и настроение у меня было ниже среднего. Такое случалось со мной всегда, стоило поехать не в ту сторону.
Мбвато, наоборот, что-то напевал себе под нос, оглядывая окрестности. На коленях у него лежал черный дипломат.
— Мы должны свернуть с шоссе 495 на автостраду 66, которая выведет нас на дорогу 29. А за пять миль до Уэрринтона съедем с нее, — напомнил он мне.
— В ящичке на приборном щитке бутылка виски, — сообщил я Мбвато.
Он открыл ящичек, посмотрел, закрыл крышку.
— Есть бутылка.
— Вас не затруднит свинтить пробку и передать бутылку мне? Надеюсь, этой просьбой я не потревожу ваш покой?
— Разумеется, нет, — он достал бутылку, свинтил пробку, передал бутылку. Я глотнул виски и передал бутылку Мбвато.
— Но в то же время я полагаю, что за рулем пить не следует, — заметил он.