– Да, папуля удивил. Это же надо, запомнил, и какие выводы. Решено на тусовку не пойду. А Сергей начал очень мягко стелить, я уверена, он самый заинтересованный, – ответила дочь отцу, ей реально понравилась его хватка.
– А ты? – спросил отец, ему реально понравилась её уверенность.
– Нет. И не верю я ему. А после полученной сейчас информации, я его реально боюсь, – полушутя ответила дочь.
– Есть план по случаю отмены тусовки или взять на себя? – спросил Борис, пожалев, что лишил её иллюзии касательно Сергея.
– Взваливай на себя. Нарисованная тобой перспектива, малопривлекательная. Сергей мне особо не нравится, травка и алкоголь мне противопоказаны, сам знаешь. Нет, точно не пойду. Только решим ближе к мероприятию. Не люблю подчиняться такой чепухе. Необязательность праздника меня радует, – приняла решение девушка.
Борис рассмеялся и опять вспомнил сына доктора Залиникоса, удивившись, как сложно удержать его в мыслях.
– Ванда, а этот мистер Залиникос, который тебя подхватил… тогда во дворе? – Борис не окончил вопрос.
– Нет, он из несмешиваемых, преподаватель, – быстро ответила Ванда.
– Понимаю, он в вашей тусовке точно участвовать не станет. Знаешь, все собираюсь расспросить, как там всё произошло, во время истории с улетевшей крышей. Понимаешь, я как не прикидывал, это какой реакцией надо обладать, чтобы подхватить тебя в такой ситуации. Он должен был находиться, ну просто вплотную, и успеть с тобой на руках отскочить, запредельный акробатический трюк на скользкой парковке, – высказал свои мысли вслух Борис.
– Я сама не понимаю, но вплотную он точно не стоял, возможно, проходил мимо, или вышел из автомобиля, я не отследила. Я забыла телефон на сиденье, вернулась за ним. Меня не крыша волновала, я под ноги смотрела, гололедица. Говорят, в такие моменты что-то происходит со временем оно или замедляется, или ускоряется, я пыталась вспомнить, не могу, домысливать глупо, – ответила Ванда, она запретила себе анализировать происшествие двухнедельной давности. Вопрос она задала непосредственно участнику ответ, не получила. Только сегодня у неё наметился призрачный шанс вернуться к этой теме.
То утро во дворе университета и для неё пряталось за густой пеленой тумана. Лист железа точно летел на неё и Келсиос точно метнулся в её сторону. А дальше пелена, странная женщина, протянувшая руку к её волосам, тихое рычание, невероятно сильные и холодные руки, странного доктора. Такие мысли девушка не могла озвучить отцу. Ванда помнила только мгновенье, как её подхватил преподаватель Залиникос, но этого, хватило, её тело странно отреагировало на воспоминание, тонкая нить потянула на себя человека прикрепленного к другому концу нити, ей захотелось убежать. Вопрос в кого она влюбилась и с кем затеяла игру встал в полный рост, ответ не просматривался.
– Да, я тебе верю. Это так мысли вслух. Отец Марине автомобиль купил. Она на права сдает, мне доложил по секрету, – продолжил Борис беседу.
– Скрывает в университете молчок. Марка? – спросила Ванда, обрадовавшись, что отец больше не заговорил о Залиникосах и о странных событиях.
– «Реношка» подержанная. Сказал, что плешь проела, кстати, из-за тебя. Основной аргумент, уедет учиться в Америку или в Европу, а там без автомобиля никуда. Вот Ванда с тринадцати лет водит. Может тебе «BMW» купить такой как у меня только белый, тебе же вроде понравилось его водить? – сделал щедрое предложение Борис.
– Да нет, я только к управлению «Форестером» привыкла. Не обижайся, разреши я ещё покатаюсь на старой, – отказалась Ванда.
– Воля твоя, решишь, деньги есть, и никуда не денутся, – оставил Борис в силе своё предложение. Пожалев, что озвучил и подумал:
«Дурень, молча, купил бы и вся история. С ней так нельзя не возьмёт, поставит в гараж и какая радость, от такого подарка. Вот как с Сергеем. С её слов понятно, он заинтересован, она вряд ли. Если не этот мальчик, то кто? Или она скрывает. Хорошо бы ей влюбиться».
– А ты не рассказал отцу Марины, в Европе с автомобилем никуда, особенно в центре, – приняла участие в жизни неинтересных людей Ванда.
– А знаешь, это я от смущения затеял разговор о Марине, если тебе нравиться Сергей я не вмешиваюсь, это твой выбор, у меня денег хватит и на тебя, и на него, – отступил Борис.