– А по ней кто-то ездит? – удивлённо спросила она отца.
– Ванда, если есть дорога по ней обязательно кто-то ездит и ходит, например, Пётр. Здесь живут люди, потеплеет, прокатишься, обман зрения, вполне проходимая дорога, – объяснил отец дочери.
– Папа не волнуйся, я буду очень осторожна. Меня там никто и ничто не держит, – попыталась успокоить Бориса Ванда, заметив его настроение к утру не улучшилось.
– Это уже не имеет значения, одевайся теплее, ты не знаешь, яркий солнечный день и тепло в начале марта не одно и тоже. Умоляю, как только замерзнешь, немедленно говори Петру, и уезжайте, – обратился он к Ванде.
– Ну, не все так безнадежно, я вменяемая, – ответила дочь и отправилась одеваться.
Пётр приехал без опоздания. Ванда тепло оделась, и вышла на улицу. Невероятно свежий, холодный и сухой воздух сковал дыхание, заставив сделать очевидный вывод:
«Да отец не зря волновался, замерзнуть не составит труда, а меня ожидает чудесный денек! Главное мне эта прогулка не нужна, причём абсолютно. Она не пришлась по душе, ни отцу, ни Келсиосу».
Пётр прогрел автомобиль и приветливо улыбался, устроился за рулем на её месте. Ванда заняла место пассажира. Её душил смех, она опять почувствовала себя тринадцатилетней девочкой, с которой нет сладу. Борис подошёл к автомобилю.
– Я думаю, они поедут короткой дорогой, поезжай за ними. Ванда я там тебе походный термос чая положил и кучу бутербродов. Попросил Петра он купил ещё четыре пледа. Знаю я эти вылазки, наберут алкоголя, вина, мяса, травку в носки рассуют, а хлеба и теплой подстилки никто взять не додумается, – вздохнув, сказал Борис.
Пётр вел Форестер не торопясь, Ванда удивилась, почему ни разу о нём не вспомнила, с момента приезда. Сейчас сидя рядом рассмотрела и оценила парня:
«Высокий стройный, накачанный. Ведёт себя естественно, спокойно. Волосы тёмные почти черные, смуглая кожа совершенно не похож на местное население, тоже иностранец?»
Рядом с ним она чувствовала себя защищенной, почти как с отцом.
– Пётр, ты не знаешь, почему отец, не отпустил меня без сопровождения? Что там такого жуткого? – Скорее, чтобы поддержать беседу, чем из любопытства спросила Ванда, как старого доброго знакомого.
– Сейчас сама оценишь, – весело ответил парень, обрадовавшись встрече с ней, и возможности подзаработать, не особо напрягаясь.
Ванда издалека, увидела «Ланос» и «Мазду». Фёдор и Сергей что-то обсуждали. Дамы и Николай грелись в «Мазде».
Пётр припарковался рядом. Ванда открыла дверцу.
– Привет, – обратилась она к озадаченным однокурсникам.
– Ты приехала! – обрадовался Сергей, пытаясь рассмотреть, водителя за рулем.
Пётр легко выскочил из автомобиля. Помог выбраться Ванде, она благодарно смотрела на Петра и с ещё большей благодарностью вспомнила отца:
«Блин, все как по писанному. Компания у подножья, проехать нельзя, холод. Боже, какая моя мама дура, развестись с таким умным мужиком».
– Привет, как я понял, проехать не удалось? – без зажима спросил Пётр, не требуя знакомства или официально представления.
Он давно работал с Вайрихом и научился выполнять команды, преодолевая сопротивление окружения, оставаясь не вовлеченным в процесс, не проявляя любопытства.
– Снег подтаял, но не весь, да и буря помогла, короче лажа, Машинка на первой не тянет, зарывается. Можно подняться пешком, Колька ни разу не ходок? Тут что ли обосноваться? – без энтузиазма предложил Фёдор.
Из автомобиля выбрались дамы и Николай, все направились к Ванде с Петром. Николай шёл не торопясь, он явно нервничал. Ванда мысленно оценила его поведение:
«Слабак, боится боли. Что он о ней знает? Да, напугала его эта железка на половину жизни. Как этот безобидный простой парень оказался в моей разборке с судьбой? Пожалуй, мне не узнать. А у Сергея глаза на лоб полезли. Да Петра он не ожидал. А кого ожидал? Келсиоса?»
Сергей вопросительно посмотрел на Ванду. Пётр произвел на него впечатление, где-то даже большее чем Залиникос, но сама ситуация ему не нравилась вообще. Ванда отследила направление взгляда, и прочла немой вопрос. С недавнего времени, такая ерунда удавалась ей легко. Как будто кто-то указывал, на что стоит обратить внимание и куда повернуться.
– Ребята, познакомьтесь, Пётр, друг моего отца - это Фёдор, Сергей и Николай, Марина, Лидия и Аркадия. Пётр любезно согласился отвезти меня, если честно это условие моего участия в прогулке, иначе отец никак не отпускал, даже вздохи и печаль в глазах не помогали, и требование свободы не произвели на него впечатление, я для него несмышленыш, – призналась она однокурсникам.