Ей стало невероятно интересно, она просто видела картины, нарисованные её воображением, подстегнутым немногословным рассказом. Компания студентов веселилась у костра. Солнце освещало вековые камни, Петру и самому хотелось рассказать девушке красивые сказки, связанные с его лесом.
– Леса, покрывающие горы, называются пралесами. Наша семья давно живёт в этих лесах. Для нашей семьи лес, как древнегреческий титан. Он живёт своей жизнью, хранит предания, мстит, убивает, иногда милует. Если лес не трогать хотя бы тридцать лет он вырастает как человек, набирает силу. Превращается в энергетический центр. Не говоря о веках. Развалины замка, да ещё рядом с вековым лесом, обязательно образуют мистическую ауру. Вот ты недавно поселилась в нашем лесу, как тебе? – задал он вопрос девушке, и повернулся к ней желая увидеть реакцию на свой рассказ.
Ванда невольно задумалась, о жизни в лесу, о том, что их цивилизация, небедных людей зацепилась за краешек леса. И стоит оставить жилища ненадолго на пять шесть лет, и лес поглотит их дома. И на месте их вылизанного городка с домами-замками, образуется непролазная чащоба.
– Помнишь ту гонку почти сутки. После встречи в аэропорту, ты привез меня в дом моего отца и ушёл, я не на шутку испугалась, пожалела, что отпустила тебя. Я открыла окно и натолкнулась на тёмную стену леса, испугавшись до дрожи во всем теле. Первую неделю ветер выл как голодный волк. А сейчас я его не замечаю. Я отдельно, лес отдельно. Иногда слушаю, как шумят деревья, и засыпаю под их пение или неспешную беседу. Отмечаю, как меняется его запах в зависимости от погоды. Могу легко представить, как он преобразиться весной летом или осенью. С нетерпением жду весенних перемен. Как очень глупый текст? – рассказала она о своих отношениях с лесом.
– Ты, слышишь пение леса? – удивился Пётр.
К автомобилю смеясь неслись Фёдор и Сергей.
- Ванда, Пётр, выходите из автомобиля, скоро солнце начнёт клонится к закату, и из этих развалин выползут жуткие вампиры, надо успеть съесть мясо пока, эти клыкастые твари не сожрали нас, - смеясь проговорил Фёдор и протиснул пальцы в приоткрытое окно.
- И правда хватит прятаться, не успеешь околеть у костра за десять минут, - присоединился к просьбе Сергей, открыв дверцу.
Пётр заглушил двигатель автомобиля, и они направились к костру.
Марина вручила им по шампуру с не очень прожаренным мясом. Пётр с удовольствием принялся за еду.
- Налить? - спросил Николай.
- Нет, я не пью. А ты выпей, тебе точно не повредит, - обратилась она к Николаю и с печалью в глазах посмотрела на мясо, выглядело оно несимпатично.
Затем сняла один кусочек остальное передала Петру, он с удовольствием принялся за вторую порцию.
Жест Ванды симпатии к ней не добавил, но алкоголь и травка сделали своё дело. Все радовались. Фёдор сгреб Марину и целовал в губы.
Вопреки прогнозам Петра алкоголь не окончился и из рюкзака была извлечены две бутылки с алкоголем покрепче - виски и амарула.
- О, так винцо — это для разгону, - восхитилась Марина, - Обожаю амарулу.
Пётр вытер руки, положил на бревно шампура и наклонившись к Ванде тихо сказал:
- А вот это, то чего боялся твой отец. Сейчас пойдёт жара.
Девушка реально испугалась как вести себя в такой ситуации она не знала, просто ей не доводилось попадать в такие расклады.
- Не поняла, что это за секреты, ты наши правила знаешь, - не унималась подвыпившая Марина.
- Ты о нашей беседе с Петром в автомобиле? – задала вопрос Ванда.
- Да, об этом, закрылись, что-то замышляете, против нас, - смеясь пошутила Марина.
- Я пристала к Петру с расспросами. Лес для меня тайна, неизведанная территория, мне не доводилось бывать в таких местах, - призналась Ванда. Отчасти чтобы не позволить беседе перейти в плоскость секса, отчасти, чтобы заставить говорить Петра, а самой отступить в тень и занять место слушателя.
- Да, я правда, рассказывал Ванде о нашем лесе. Она призналась мне, что слышит пение деревьев. Я реально поразился, - немедленно подхватил тему Пётр из чего Ванда заключила, он умеет вести себя в подобных ситуация и скорее всего это часть его работы.
– А почему это тебя удивило? – спросила Ванда, осознав, что ему важен ответ.
– Люди обычно не отличают шум и вой ветра от пения самих деревьев, – объяснил Пётр причину своего удивления.
– Может дело в музыкальном слухе. Я давно занимаюсь музыкой, играю на скрипке и рояле, – озвучила предположение Ванда.
Компания хорошо подвыпивших однокурсников ошеломлённо притихла. Прикинув, как этот полудохлый птенец ещё и на рояле играет.
– Правда? – удивился Сергей, – почему молчала?