– Отличный! Но пикник состоялся и при не очень теплой погоде. Надеюсь, вы нормально добрались. Пётр не очень управляемый, не я его нанимала, пришлось уехать, – извинилась Ванда за мгновенный отъезд почти без прощания.
– Все прошло нормально, мы ещё продолжили, но уже в городе, – ответил Сергей.
– Как там Аркадия? – Ванда попыталась направить его мысли в другую сторону.
Сергей не допустил ошибки, и не стал спрашивать, что её заставило задать именно этот вопрос.
– У Аркадии мама религиозная фанатичка, компьютер, телевизор, плеер всё от лукавого, ничего не разрешает. Смартфон чтобы отслеживать – остальные гаджеты под запретом. Отец морозится, правда снимает ей квартиру с этими вещами. Кстати мы у неё и отвисли. Ты ей, конечно, хлюпнула бальзама на душу, приехала с Петром, но это ничего не меняет, она мне не нужна, – в его словах звучало предложение забыть Петра и Аркадию.
– Мне никто не потрудился рассказать, об Аркадии, невыносимая жизнь, бедная девочка, – во второй раз проигнорировала она желание Сергея не продолжать начатую тему.
– Чем вчера занималась, после прогулки? – по-хозяйски спросил парень, давая понять, Аркадия ему неинтересна, а упоминание о Петре неприятно.
– Рылась в интернете, письма писала, училась, затолкала пледы в прачку, смоталась по местным бутикам, Сергей, о чем это ты, я думала тебе все понятно, даже отсутствие интереса к Аркадии, ничего не меняет, – поставила она Сергея на место.
– Ванда, мне ничего непонятно. Потому, что я не хочу ничего понимать. Мы же друзья. Я что переступил границу? – спросил парень.
– Если друзья, нет, всё в рамках, – ответила Ванда.
Келсиос с трудом удерживал себя в автомобиле, мысли просто душили:
«Её нельзя оставлять одну. Двое суток и получи, уже есть какой-то Пётр, и Сергей несмотря на гнусный секс с несчастной девушкой не отступает. Это я монстр придурок, какого-то беса предложил осторожность, решил не компрометировать её».
Келсиос уже давно прочёл мысли Сергея. Он знал, зачем Сергей мнется у окна. Вампир мог смириться с тем, что Ванда провела день в компании своих однокурсников и с заигрываниями Сергия, но этот странный парень, с которым она провела весь день, гуляя по развалинам замка, вызвал жгучий интерес и желание убить его не разбираясь. Такие мысли лишили покоя бесстрастного вампира:
«Да, недооценил я тебя, Сереженка, ты проиграл. Пусть я не слышу её мыслей, ты проиграл, она просто не отдаст себя, такому как ты. Грязный неблагодарный развратник. С кем же она провела весь день у замка? Утешает только то, что гуляли они там полным составом. И этот влюблённый идиот не отходил от неё ни на шаг. Во всяком случае, мыслей об уединенной прогулке с неведомым Петром, я не прочёл. Сидели в автомобиле, ну как она ведёт себя в автомобиле я видел. Окно точно было открыто. Хорошо, что я не убил своего почти лучшего студента - пригодился».
– Ванда, я же ничего не прошу, кроме шанса, – перешёл к основной части беседы парень.
– Нет…, – остановила она его слова.
Келсиос отчетливо увидел, как злость заполнила сущность Сергия и полилась через край.
– Это из-за Петра? Что с того, что он красавец, знает много и умеет красиво излагать. За версту же видно вы не пара, какое будущее вас ждёт? Будете с папой тянуть до своего уровня, он не из богатых, деревенщина, – злобно проговорил Сергей, понимая, не имеет права, но не остановился.
Келсиос вспомнил, все ранее услышанные мысли Сергея. И удивился, Сергей ни разу не подумал о любви.
«Что же заставляет его так упорно, добиваться её? Ревность? Интересно можно ли ревновать не любя? Собственно, что ты Келсиос знаешь о любви? Вот ты жить без Ванды не можешь, вывернулся на изнанку, живешь с содранной до нервов кожей, и что постоянно шепчешь слово: «любовь»? Да ты до сегодня произнёс его всего один раз. А ей не признался ни разу. У меня есть оправдание, она не знает кто я. Как только этот пункт закроется, возможно у меня появится шанс, признаться. Пока же я могу отрепетировать свою реакцию на отказ».
- Всё сказал? – спросила Ванда.
- Примерно, - как-то сник парень
– На будущее, мою личную жизнь оставь в покое, не подходит Аркадия, займись кем-нибудь другим. Воевать со мной не стоит, не победишь, предупреждаю, – на минуту она задумалась и добавила, – Извини, за откровенность. Мы же друзья.
Девушка прикоснулась к его руке. Сергей от неожиданности вздрогнул и выдернул свою руку, испугавшись утешительной ласки.
Келсиос задохнулся от ревности и ярости. Он применил всю свою выдержку, пытаясь удержать себя на месте, мысленно спросив себя?
«Зачем она сделала это? Он отпрянул как ужаленный».