– Нет, – жёстко оборвал Келсиос её вопрос, толкнул дверцу и вышел.
Тарья умчалась на васильковом автомобиле, ещё до того, как ноги Келсиоса коснулись земли.
Вампир вернулся на кафедру. Музыка в наушниках не могла заглушить негромкую беседу двух коллег, женского пола, куривших в туалете для преподавателей.
– Видела, на какой машине, к нему ездит якобы сестра. Заверьте меня, что этот упакованный мужик сюда за зарплатой ходит? – сказала одна из педагогов.
– Так всем известно, что не за зарплатой, почему опять всплыла эта тема? – как-то вяло отреагировала другая дама неопределенного возраста.
– А ты не замечала? Вайрих и Залиникос, присмотрись, они отслеживают друг друга, как два зверя. Намечается скандал, - привлекла внимание первая.
– На какой скандал ты намекаешь? Не выдумывай, - попыталась оборвать тему вторая.
– Да видела б ты, как Вайрих подлетела к нему в коридоре, о чем говорили не известно. Он ещё пять минут стоял как окаменевший, - не унималась первая.
– Залиникосы с Вайрихами из одной среды. Денежные мешки, возможно, началась какая-то война. На Бориса покушались, может и эти в чем-то замешаны. А специалист Залиникос очень хороший, студенты его не любят, но предмет знают. И преподает он отлично, - заступилась за коллегу дама неопределенного возраста.
– Согласна, насчёт денежных мешков, но там ещё и интимность намечается. Такие как наш Залиникос любят малолеток, хоть и не признаются, – не унималась коллега.
– Слушай, перебор. Если бы такое мы бы заметили. Да в него все влюбляются по очереди и скопом и не одного скандала. Мог бы переиметь половину университета. Ан, нет…Тебя зависть удушила, – ответила дама и махнула рукой.
Келсиос злясь на себя, подумал:
«Выходит, за условностями я прятался от себя. А результат нулевой. Люди не играют по правилам даже между собой. Интересно как эта цивилизация вообще выживает? Пишут правила и законы и не выполняют. Все конец, больше ни одной оглядки на людей. Я уже отступил два раза. Только моя семья, Ванда, и её семья».
Дамы вернулись, заполнив табачным зловонием помещение. Раньше он бы не подал виду, сейчас демонстративно поморщившись, обратился к математику:
– Коллега вы не курите?
– Нет, – ответил преподаватель математики.
– Я тоже никогда не понимал, зачем курить, особенно женщинам. Кроме вреда и неприятного запаха, никаких плюсов от этого процесса я не заметил, ну ещё плохой пример для подражания в стенах университета, – поддержал его коллега.
Мистер Залиникос знал, двух блюстителей своей нравственности он уже получил. Правда, математик, с больной печенью, резко реагирующий на запахи, одобряюще улыбнулся.
Келсиос терпеливо ждал встречи с Вандой. Уяснив, почему девушка обижала однокурсников, она другая и не хотела тратить силы на объяснение свой сущности. Ненавидят и бог с ними, зато ничего не спрашивают. Он с нежностью подумал о ней:
«А ты ведешь себя по-другому? Ты просто мощнее и твоё хамство не так заметно, оно давно выродилось в безграничную злобу, от которой людишки отлетают, как мячи от бетонной стены. Она же не может отпугнуть их как ты, ничего в этом я ей помогу».
А жизнь шла своим чередом, великолепная шестерка исходила от любопытства, и тут Келсиос понимал их как никто.
Он пробежал по мыслям и как ни странно искренне волновался за Ванду только Фёдор, вампир подумал:
«Он просто любит женщин, если он нашёл в себе силы на Марину, судьба подарит ему настоящую любовь».
– Ванда, тут такие ужасы рассказывают, ты, когда не пришла с утра, я испугался, представил, пару взводов автоматчиков вокруг твоего дома, мы тут прикинули, что не увидим тебя месяц не меньше, а ты приехала, – подошёл он к Ванде с вопросом.
– Какие ужасы, я ничего не знаю, мы вчера с отцом ездили в Мукачево, – Ванда не хотела обсуждать и съезжала с темы.
– Ты не можешь не знать, в городе три человека убили. Говорят, они хотели убить твоего отца, – рассказал Фёдор следственную тайну, известную всей богатой и властной верхушке города.
Келсиос мысленно рассмеялся.
– Фёдор, все нормально, никто нас не убивал и не покушался, мы живы. Жуткая провинция, сплошные сплетни, но за заботу спасибо, – окончательно съехала с темы Ванда.
Фёдор, подумал, как же это все сложно у этих богатеев, отрицают известные очевидные факты.
Его отвлекла Марина, и долго мысль ему удержать не удалось.
Сергей подошёл к ним вначале беседы и молча, слушал, боясь вступить в дискуссию, дома ему приказали держаться подальше от девушки, во всяком случае, пока всё не выяснится. Мотивируя свой запрет, тем, что он единственный сын и наследник, и если кто-то объявил войну Борису, то по логике развязавший войну вряд ли остановится.