Они подошли к двери аудитории.
До начала пары по эстетике оставалось достаточно времени. Келсиосу пришлось выслушивать невесёлые мысли Марины, и поразиться, как много скрывала эта недалёкая девочка и как сложно и неприятно складывалась её жизнь, и как много горя и грязи вместили её девятнадцать лет.
«Надо подвязывать с Фёдором, кроме его неутомимости в сексе ничего интересного нет, для полного счастья не хватало только залететь. Перспектив никаких. Может рассказать Ванде, что мужику, в которого я влюбилась в шестнадцать, тоже исполнилось чуть больше тридцати. И что? Отымел он меня по полной программе и отправил восвояси. Типа жена дети, а я вены резала. Еле спасли. Хорошо, что хоть дряни не глоталась какой-то, осталась бы инвалидом. Уж очень беззаботной Ванда выглядит. За автомобили, кто бы их ни дарил платить надо. Пусть не врёт машину вручил Залиникос. Даже если он его официально не подарил, она в него играется. Такие игрушки даром не дают. Интересно, что она такое умеет…»
Келсиос ужаснулся от таких мысленных откровений, но и порадовался выяснив, что люди при желании могут годами не думать и не говорить о каких-то событиях и переживаниях.
Мысли Сергея пылали злобой на весь женский род:
«Эта недотрога Вайрих, оказалась продажной девкой. Я для неё мелок, что ей мои чувства? Тут этот при деньгах упакованный сразу всё. Когда я ещё смогу предложить ей пару миллионов. Правильно говорит отец. Бабам нужны деньги и секс для того чтобы завести ребёнка и управлять таким образом мужчиной, заставлять его работать на неё всю жизнь. Они вообще неспособны понимать мужчин. Вон Аркадия сидит, притихла, делает несчастное лицо. Можно подумать она меня любит. Ищет способ вырваться из-под гнёта мамаши».
Сергей улыбнулся в ответ на растерянный взгляд Аркадии. В мыслях парня беседа с Келсиосом не фигурировала, вампир позаботился. Убрал воспоминания при помощи гипноза, остались злость и страх приблизиться к девушке.
Мысли Лидии оказались самыми светлыми:
«Молодец, обаяния не лишена, отхватила. Без папаши там вряд ли обошлось. А что я бы с таким тоже не прочь…. Хотя нет, его внешность далеко не всё. Этого мужика просто не хочется».
Для Келсиоса стало открытием, что его «не хочется». Обычно он присутствовал в эротических фантазиях всех женщин. Вампир прислушался к мыслям Лидии, она сосредоточилась на Николае, Келсиос попав в волну её желания, едва остановил свою страсть и подумал:
«Не все женщины тебя желают. Лидия любит Николая, и ты ей неинтересен. Получается влюблённые в других мужчин, женщины не попадают под твоё очарование. Но я и не пробовал их дёрнуть на себя».
Удивила его только Аркадия. Девушка намеревалась извиниться перед Вандой и поговорить, правда, о чём прочесть не удалось, она оборвала мысль.
Николай и Фёдор слушали лекцию и вникали в слова преподавателя. Келсиос на долю секунды проникся симпатией к Николаю:
«Да семьсот шестьдесят лет одно и то же, на таких мужиках как Николай держится эта гнусная человеческая цивилизация. И в меру трус, и в меру работяга, и умом средний. Но женится скорее на первой любви, родит она детей и станет он работать на семью, и любить семью без лишних вопросов. Но это ничего не меняет. Подавляющее большинство людей – уроды».
Келсиос еле дождался окончания пары:
«Этот университет не место для Ванды. Сплошной разврат и грязь, не хватало, чтобы она начала думать о сексе с их подачи. Они её развратят. Тарья ты права, я хочу для неё клетку, настоящую, железную, бронированную, звуконепроницаемую».
Келсиос заглянул в аудиторию.
– Ванда, можно вас на минуту, – прозвучал его голос.
Ванда озадачено заглянула ему в глаза. И не торопясь подошла к нему.
– Я на правах старшего, запрещаю тебе, пускаться в откровения с великолепной шестёркой, – тоном всех отцов на свете попросил он её.
– Почему? – спросила она.
– Они крадут твоё внимание, а я не намерен ни с кем делиться, и поверь, нет ничего, сокрытого от меня, – он сказал половину правды.
– Что-то мне подсказывает, тут какой-то подвох, – не поверила ему Ванда.
Келсиос знал:
«Это только начинающие лжецы могут попасться на ерунде – типа бегающие глазки, срывающийся голос, и чрезмерное желание убедить оппонента в своей правоте. Я обманщик с огромным стажем. Сказал неправду уверенным голосом и жду, обманываемый сам обманется».
– Хорошо. Если для тебя это важно. Я постараюсь, – улыбнувшись сказала девушка.