«Да, их отношения ближе, чем я предполагал. Я отвел неделю, а он принял предложение прямо сегодня. Бог с ним… пришёл и ладно. Посмотрим, что он за зверь или птица».
Келсиос мысленно ответил Борису:
«Вот насчёт зверя точно в десятку. И я посмотрю, что ты зверь».
Ванда с Келсиосом вошли в холл. Им на встречу вышел Борис. Привычным жестом снял с Ванды накидку. И протянул руку для приветствия, Келсиос пожал его руку.
«Пусть решает, что хочет, что я болен, что на улице холодно, плевать. Убить я его не хочу, он выживет. Ванда таки прекрасный учитель. Борис психует. Можно подумать он первый отец, а Ванда первая дочь, знакомящая отца с парнем».
– Снимайте куртку, проходите на кухню, я сам недавно дома, кулинарю, желаете, присоединяйтесь, – пригласил он, гостя, действительно без намёка на причину хлопот.
Борис, как любой мужик после работы, да ещё в стрессовой ситуации, хотел, есть, и более подходящего места для беседы, по его мнению, не существовало, и потом – какая никакая работа, а не тупое изучение друг друга.
Легко наклонившись, Борис помог снять обувь Ванде. Когда исчезли ботинки, юбка оказалась почти до пят. Келсиос увидел, как Ванда стала босыми ногами на пол и бесшумно заскользила по покрытому лаком дереву в сторону лестницы, поднялась на первую ступеньку начала медленно подниматься, ступая в полступни, так что пятка не касалась ступеней. Высший вампир не мог оторвать взгляд от её босых ног, прозрачные носочки не считались, понимая, предел приличия пройден, но отвести взор от действа: «босая Ванда идёт к себе» вампир не находил в себе сил.
Не оборачиваясь, как бы боясь потерять равновесие, и не скатиться вниз по ступеням Ванда сказала:
– Десять минут и я с вами.
Келсиос повернулся в сторону Бориса, мысли последнего молчали, в глазах светилась хитрая улыбка.
Борис направился на кухню.
– Вынужден признать, дочь избалована, не готовит, – открыл он семейную тайну.
– Это пустяки, она не ест, это хуже, – решил озвучить своё наблюдение Келсиос, не ожидая никакой реакции.
– Понятно, выходит очень заметно, – огорчился отец.
На кухне работала мощная вытяжка, делая воздух свежим и прохладным.
Общих тем для бесед не находилось. Борис всё, что хотел – уже знал. Не смотря на все ухищрения вампира, наполнить энергию доброжелательностью, Борис оставался подозрительным, а Келсиос подумал:
«Дома всё по сценарию. Постоянство признак класса».
Закипела вода, хозяин, исполняющий роль повара залил рис кипятком, и помешал в сковороде грибы. Келсиос слышал, перемещение Ванды по комнате. Идеальный слух вампира, позволял отслеживать её без труда. В душ она не пошла, но и на кухню не торопилась, Борис, тщательно промывая и перебирая салат, наконец, расслабился и подумал о дочери и мужчине, позванном в дом:
«Делать здесь уже нечего. Посмотрю ещё на Ванду и можно расслабиться. Во всяком случае, тексты об осторожности и прочая ерунда её не остановят».
«И что тебе ясно? Мне ничего не ясно, а я как-никак старше и опытнее. Ты хотел со мной познакомиться вот и начинай. Хрен тебя знает, о чем с тобой беседовать?»
Вступил в мысленный диалог с Борисом высший вампир, а отцу Ванды, её парень стал чрезвычайно интересен. Борис удивился, как сложно сосредоточиться при нём, невозможно задать, не одного вразумительно вопроса.
– Может коньяк или…? – предложил радушный хозяин.
– Я абсолютно непьющий, но могу попробовать, – не отказался Келсиос.
– А в ресторане? – напомнил он ему о встрече.
– Запомнили? Тарья проиграла спор, пить мы не собирались, это чтобы достать меня, так сказать нашла повод потратить деньги. Она любит транжирить, – открыл семейную тайну Келсиос.
– На то вино не рассчитывайте, оно выпито, открытое долго не стоит, – предупредил Борис.
– А что обычно пьете вы? – проигнорировал он его признание.
– В том-то и дело, что ничего. Только в стрессовых ситуациях, – доложил Борис
– Тогда предлагайте то, что обычно подаете в таких случаях, гостям, – нашёл выход из положения вампир и прочёл мысль хозяина дома:
«Так таких случаев у меня ещё не случалось».
«Аналогично»:
Мысленно ответил вампир. Напряжение постепенно спадало.
Борис открыл бар, достал, не глядя бутылку и два стакана.
– Вы не волнуйтесь, – спокойно проговорил Келсиос, используя интонацию, вызывающую доверие, – люди в моем присутствии, чувствуют себя неуютно. Когда вы лучше меня узнаете, станет проще общаться.