Лет двести именно их никто не искал, люди погрязли в прагматизме, влачили скучное существование, желаний у людей насчитывалось в среднем от трёх до девяти. События ни новизной, ни разнообразием не блистали, обидно, но количество желаний упорно не увеличивалось, как Келсиос не считал больше семнадцати, не получалось. Цивилизация предлагала технические игрушки, живых настоящих игрушек оставалось мало, они исчезали.
Другое дело во времена становления христианства, охоты на ведьм, люди стремились к себе, находили радость в познании себя. Ошибались, но жилось веселее. В те времена, конечно, приходилось уходить и то скорее из человеколюбия. Что могли выставить несколько тысяч человек даже против одного из них? Абсолютно ничего. Оружия против вампиров их уровня не существовало, как тысячу лет назад, так и сегодня. Правда, находились доброхоты, насмотревшиеся фильмов определённого содержания, начитавшиеся книжек, и первоисточников из интернета, искали вампиров ради получения вечной жизни. Но всё как-то вяло, без веры, а главное они не знали, что вампир мог дать нашедшему.
Над придурками увешанными осиновыми кольями и фляжками со святой водой высшие вампиры откровенно хохотали.
Тарья даже вступила в интернет клуб, предлагавший познакомить с одиноким вампиром, желающим найти подходящую пару для совместной вечной жизни. Они решили проверить, не сбрендил ли какой-то вампир из их среды, и играли в игру всей семьёй. Клуб, поморочив голову, вывел на своднический притон. Тарья подумала поиграть с ними по-настоящему, но посоветовавшись, вампиры решили, оставить членов клуба в живых, в противном случае вступив с ними в контакт, их пришлось бы убить.
Попадались и серьезные исследователи, но люди в подавляющем большинстве случаев ошибались. Они не знали куда смотреть, зашоренность, стереотипы и лень мешали. Обычно дальше слежки никто из людей не продвигался, всех волновал уровень жизни, доходы, интересовались, кто кем кому приходится в семье. Эти вопросы легко закрывались сплетнями или налоговыми декларациями, в зависимости от выбранной страны. Единицы, отыскавшие их, и определившие их сущность редко могли поделиться с кем-то своими предположениями, не успевали, но такие люди, их не за тем искали. Уходить приходилось по другим причинам – нежелание убивать городами или деревнями, вампиры не старели и внешне не менялись, могли конечно создавать иллюзию, при помощи гипноза, но все равно накапливались вопросы.
– А программа сильно отличается от нашей, много придётся учить с репетиторами? – спросил Сергей.
– Собственно я любую осилю, но выбор этого направления осознанный, я сравнила дисциплины, – ответила Ванда.
– Осилишь, в смысле наплюешь на обучение, а папа продавит, нужную оценку, – предположил Фёдор.
– Причём здесь папа? Он сделал своё дело меня взяли в университет. А дальше, сама разберусь. Одна проблема наметилась, но я её закрою, – удивила ответом Ванда.
– Какая? – спросил Фёдор.
– Русская и украинская литературы, здесь полный ноль, – призналась Ванда всем сидящим за столиком.
– А просто языки без литературы? – усомнился Николай.
– Языки, ерунда, – запутала его окончательно новая студентка.
Келсиос не слушал текст, он ждал мыслей.
«Язык, видите ли, ерунда, литература проблема. Что-то очень умно для восемнадцати-девятнадцати лет»:
Услышал вампир мысль Федора. Парень примерно прикинул ее возраст.
– Придётся много читать, на русском, говорить легко, а вот когда последние одиннадцать лет читал только на английском, попробуй сразу въехать. А правила и формулы на любом языке просто учить и понимать, – ответила она что-то очень мудреное.
Келсиос ждал её мыслей, его мыслительный процесс не прекращался.
«Может она сама умеет читать мысли? Иногда встречаются людишки, у некоторых это даже получается. Но они ведут себя по-другому. Девушка говорит с легким акцентом, останавливается, подбирает или переводит слова, как любой переходящий с одного языка на другой, и неглупа сразу определила проблему. Пусть этот недоученный корм не понял, о чем речь. Может она говорит то, что думает или ей сложно говорить на русском, размышлять на английском? Интересно, на каком языке она думала? Не обратил внимания. Все хватит, не стоит продолжать бессмысленные попытки прочесть её мысли – это бесит меня. Прошло всего четыре с половиной минуты. Зачем ей мысли, она отвечает на вопросы. Повеселила, получилось. Может поставить ей высший балл. И разрешить называть меня по имени. Но для начала смотаться на охоту на людей».