Келсиос промолчал.
– Завтра похороны, вы пойдёте? – задал он следующий вопрос.
– Нет, вы слышали, Юрий Викторович меня не приглашал, – доиграл его шутку Келсиос.
– Мы над ним посмеялись, а он реально с нами попрощался. Как выяснилось у него неоперабельный рак, – поведал физик Келсиосу, то, что тот знал без текстов.
Весь преподавательский коллектив вспомнил приглашение и их беседу, и задумался о внезапности смерти:
«Хорошо, что он предчувствовал свою кончину, и остался здесь. Когда бы ещё нашли одинокого старика».
Келсиос оглянулся на мысль, принадлежавшую Татьяне Игоревне. Вампир не любил людей, но иногда умилялся их внезапной доброте, или вот такому прозрению.
– С вами хотел поговорить ректор, – заглянула на кафедру методист Ирочка.
– В понедельник, я поговорю с ним в понедельник, – ответил Келсиос, удивив ответом методиста, по идеи ему надлежало мчаться к ректору со всех ног.
Когда Келсиос ограничивал доступ к себе, подойти не мог никто. День в университете прошёл, как и до появления Ванды бесцветно, с одним отличием быстро. Работать оказалось намного легче, в жизни появился смысл, и в кратчайшей перспективе встреча с Вандой.
«Фоас прошёл через что-то подобное, понятно, почему он считает меня лучше себя, я сунулся раньше времени. Раньше времени. Стоять! Ключевое слово: «время». Фоас принял участие в моей интимной жизни, только из-за отсутствия времени. Отец никогда не сомневался в моих знаниях, в умении ориентироваться в ситуации. Фоас не вмешивается, если имеет смутные догадки. Ванда, что же ты должна сделать до того, как станешь одной из нас. Чему я должен её обучить?»
Келсиос продолжал познавать свою вампирскую цивилизацию.
Глава семьдесят восьмая Знакомство с Петром соперник гигант, или как договариваться с ревнивцем, да ещё старше себя по возрасту
Подъезжая к дому Ванды, километров за семь, въехав в зону слышимости, вампир услышал музыку. Он не забыл, Ванда умеет музицировать, случая попросить сыграть, пока ещё не представилось. Келсиос остановил автомобиль и прислушался. Он без труда узнал Моцарта, поток звуков захватил его, они рождены любимой, монстр машинально отметил, любимая играла в пустом доме, и не слышала, как к дому подъехал сначала один автомобиль за ним второй. Келсиос решил выждать, пока Борис встретит гостей, а после подъехать и зайти самому, он завёл двигатель и не торопясь покатился в сторону дома Ванды. Отказываться от встречи с любимой он не намеревался, и украдкой прокрадываться стало неинтересно, вампир семьянин подумал:
«Не взирая ни на что, официальные отношения дают преимущества. Веду я себя точно, как в глупом фильме, монстр влетает и вылетает в окно и обязательно под покровом темноты. Как жених и будущий муж, я имею право входить в дом, не таясь с парадного входа. Тем более Борису я нравлюсь, и пригласили меня и дочь, и отец, всё логично и правильно».
В доме звучала музыка, Пётр прошёл в холл первым, занёс пакеты из супермаркета на кухню. Он хорошо ориентировался в доме, работал на его строительстве и потом не раз посещал.
Борис и отец Петра Михаил задержались в гараже.
Пётр никогда не слышал живой музыки. Звуки мелодии поманили его, он поднялся на второй этаж и остановился у открытой двери в пустую, ярко освещённую комнату, посредине которой стоял рояль. Ванда на долю секунды прервала игру и ободряюще улыбнулась гостю, предлагая остаться. И после паузы продолжила игру.
Когда родились первые звуки, Пётр испугался и закрыл глаза, стесняясь встретиться с ней взглядом. Мелодия набирала мощь, Пётр ничего не знал, о таинстве рождения музыки. Подавив смущение, он открыл глаза и встретился взглядом с Вандой. Её улыбка продолжила аккорд. Он принял реальность, осознав – эта мелодия, и этот взгляд будут преследовать его вечность.
Келсиос отметил, как изменилась игра. Смутное беспокойство закралось в его душу. Вампир уже читал мысли троих людей. Один Борис, двое других он никогда не встречал. Мысли одного молчали в оцепенении, другого перебирали рецепты блюд и продукты в пакетах из супермаркета.
Пётр не сразу осознал, когда девушка перестала играть. Ванда, убрав руки с клавиш рояля, подумала:
«Зачем я это сделала, вот теперь этот парень стал настоящим осложнением. Зачем я продолжила игру? Стоило выйти навстречу, но что сделано, то сделано».
– Привет, Ванда, извини, я поднялся без приглашения, я небольшой знаток, но ты так играла…, – восхищённо сказал мужской голос.
– Привет Пётр, это хорошо, что небольшой. Я не великий музыкант. Знатоку такую игру не предложишь, – скромно приняла она его похвалу.