– Тебе не кажется, твой будущий супруг, ревнивец каких свет не видывал? Отказался сесть за стол, ты хоть обратила внимание, как он озверел, увидев Петра? Хорошо, Михаил свой человек всё понимает, Пётр не посмел обсуждать, картину маслом, он зависит от меня. Позови жениха, пусть поужинает, – начал Борис издалека приглашение поужинать.
И допустил ошибку.
– Не думаю, что это хорошая идея. Он не придёт, – отказалась за него Ванда.
– Не завидую, как ты станешь договариваться с ревнивцем, да ещё старше по возрасту, – горько подвёл итог Борис.
А Ванда подумала:
«Папа, какой ты счастливый, если решил, что ревность вампира самая большая проблема в моей жизни. Хотя сейчас она самая насущная и изматывающая. И Келсиосу никаким образом не объяснить – не нужен мне никто кроме него. И в основе не только любовь, в основе, куда больший интерес».
Келсиос слышал каждое слово, зверея от невозможно прочесть её мысли. Ванде торопилась прекратить беседу, пока отец не сказал что-то совершенно неприемлемое. Злость и недоумение накрывали волной, девушка чувствовала, как силы покидают её. Щит на уровне энергии восстановился сам, как только она перестала отслеживать Келсиоса и Пергатов.
– Вот сейчас поднимусь к себе и попробую, договориться, – ответила Ванда и направилась к выходу.
Борис отшатнулся, на него взглянул он сам в момент гнева.
– Иди, я уже догадался к ужину твой жених не спустится, – отправил дочь Борис, понимая, шутки закончились.
Келсиос ждал её. Конечно, он не собирался рассказывать, о сущности Пергатов, он хотел знать, какое место в её жизни занимал или занимает Пётр. Умей вампир читать мысли любимой, решение он принял бы мгновенно. Ванда поднялась максимально быстро и задохнулась. Переведя дыхание, вошла в комнату, не закрыв дверь, её мало заботило, кто и что услышит. Девушка выскользнула из человеческой реальности, у неё как у человека не оставалось сил, на такую войну. Борис ещё не знал, что наслушается и не такого, по негласному договору он исполнял роль зрителя.
– Что случилось? - прозвучал её вопрос.
– Пётр, он тебе кто? – в свою очередь задал вопрос будущий муж.
– Нет, любимый, так не пойдёт. По одному на твои вопросы я не собираюсь отвечать. Ты наберёшь информации для скандала. Помести всё в один вопрос, или уходи. Приходи, когда успокоишься, – невеста намекнула вампиру на отказ от дома.
Келсиос поразился её жёсткости и безаппеляционности, он не ожидал, что она начнёт именно с правил на подсознательном уровне.
– Молодец. Выставляешь меня из дома, расценить такой жест как ответ? – восхитился высший вампир.
–Ты не заставишь меня оправдываться, не получится. Это не смешно и не мило, твой припадок ревности испугал меня. Я знаю, с кем имею дело. Желаешь убить - убивай, но сознательно, я готова. Ты-то сам готов меня убить? Келсиос я жду. Я отвечу на один вопрос и не больше, предлагаю хорошо подумать, перед тем как его задать, – вышибла она вампира, пониманием его сути.
Конечно, он не собирался убивать Ванду, но в ярости боялся потерять контроль над собой, тем более уверенность, что она остановит его, в свете последних событий, испарилась.
Келсиос замер, обдумывая вопрос, понимая скандал необходимо погасить, раз не удалось остановить, иначе жених, которому отказала в доступе в дом невеста, превращался в идиота, в то время как медведь оборотень в приглашении не нуждался и мог посещать дом Вайрихов в любое время.
Борис обомлел, ему хотелось ворваться в комнату Ванды и прекратить бардак в доме, где он по праву считал себя хозяином, став на защиту дочери. Но он дал себе слово не вмешиваться, привыкнув к скандалам со своей бывшей женой, особого значения крайним высказываниям Борис не придавал, сам факт скандала в главной роли с его девочкой, вызывал в нём неприязнь.
Келсиос продолжал молчать, оказалось, спросить нечего. Вернее, вопросы граничили с оскорблениями, ревность тактичность не предлагала. А втянуть в разговор, цепляясь за слова, не получилось. Предложение убить загнало ревность в клетку. Ванда улыбнулась.
– Почему ты ему играла? – спросил Келсиос и замолчал.
– Надеюсь, ты догадался, это единственный и последний вопрос на эту тему? – напомнила она ему условия своеобразного договора.
«Неужели выстоит, а жених получит ответ на один вопрос и отправиться домой. Я бы не смог. Ну, хотя бы из любопытства. Вот Люська и издевалась надо мной годами»:
Подумал Борис, Келсиос не услышал его мысль, надёжно отвлёкшись на скандал.
– Да, – ответил вампир, увидев тень зелёного отблеска во взгляде любимой.