– Тарья, она станет одной из нас. Время понеслось с неумолимой скоростью. Решение стать одной из нас она уже приняла. Убивать её нельзя. Это незыблемо. Никого из нас Фоас не убил, мы все умерли, вернее, остановились на грани жизни и смерти, или за гранью смерти, удерживая энергию жизни, – напомнил он Тарье историю её обращения, - а выбора у Ванды уже нет, как не было ни у кого из нас, и никто не запретит мне не желать ей отвратительной жизни вампира.
– Ты любишь её, понимаю, – вздохнула Тарья.
– Тарья, когда я осознал, что любим, и люблю, и мраморная глыба под названием душа вампира оттаяла, жить в вампирском теле стало невыносимо. Ты же не станешь отрицать, обратившись вампиром, ты сменила не только тело, изменилась какая-то часть твоей души, – ответил он сестре
– Келсиос, ты сказал душа? – не поверила сестра.
– Душа. А что тебя так удивило? Фоас давно знает, просто мы не верим ему, а искупление наших грехов может продолжаться вечно. Ванда и её любовь часть искупления. Как жаль, я раньше не осознал этого, меня бы уже не существовало, теперь я пройду и этот круг, ада, на земле, а мог бы унестись в другую реальность. Люди, земля, не наша цивилизация, нам нет в ней места. Прости, истерики закончились. Ванде не это нужно от меня. Забыто, – пообещал старый вампир.
Тарья испугано прижалась к Келсиосу.
– Ужас.
– Что испугался маленький злобный вампир-распорядитель? Не бойся. Все скомпенсировано, незрелостью, страстями, страхами, - успокоил он сестру.
– Как она? – перешла к самому интересному Тарья.
– Ты не представляешь, какое наслаждение быть с ней. Она отдаётся вся без остатка, о потом забирает всё в двойне, – рассказал он о произошедшем.
– Неужели, правда? Ты занимался с ней сексом? – спросила сестра.
– Истинная, правда, без физиологии. Какая физиология? Я ее просто убью. Прости, но ты отвлеклась. Зараза, ты сестричка, хочешь, чтобы я добровольно прервал эту феерию? Нашла, когда отослать к Фоасу. Всё под контролем, мы доиграем эту игру. Наши отношения с Вандой человеком помогут нам всем сделать маленький шаг на пути к окончательному принятию нами нашей сущности. Эта та мысль, которую я знаю, до того, как её выскажет Фоас. А плата… мне не известна, но я её определённо заслужил и выложу сполна, – уверенно заглянул в будущее древний вампир.
Тарья приходила в себя, от услышанного. Келсиос от пережитого.
– А вот чего я определённо не заслужил так это такого ангела-хранителя, – брат благодарно посмотрел на сестру.
– Тебе не страшно? – спросила Тарья.
– Страшно до тошноты. И чтобы страх превратился в ужас. Я пригласил Ванду к нам в гости. Фоас не предупредил вас? Это его идея. Как всегда, сохраняет интригу до конца, – обрисовал вампир планы на завтра.
– Фоас прав, ты лучший, совершенство. И ещё брат, я ничего не пропустила, твоя жена не даст никому и никогда бросить тень взгляда на происходящее между вами, если не пожелает. А насчёт её приглашения кое-что видела, – призналась Тарья, в наблюдении за ними.
Келсиос поднялся, давая понять, что не может продолжать разговор, и подал Тарье руку, помогая встать. Он не сердился на неё. Она имела право.
Глава восемьдесят четвертая Новый член семьи имеет право на отдельную комнату, обставленную по его вкусу
Праздник откровенности окончился. Два вампира – старый и молодой, обдумывали и обсуждали, как принять в дом нового члена семьи. Как обустроить его жизнь с максимальным комфортом. Пока только Тарья понимала, жить пятерым вампирам придётся с человечком под одной крышей неизвестно сколько времени. Но Тарья знала, как свести дискомфорт к минимуму.
– Для начала предупредим всех о неизбежном появлении Ванды в их жизни, – предложил молодой вампир.
– Логично, – согласился Келсиос.
– Она живёт не так как мы. Думаю, ей необходима неприкосновенная территория как у всех нас, но поближе к тебе, чтобы ты не ожидал сюрпризов.
– Тарья… я же вроде как муж, – попытался возразить брат
– Не возражай. Все живём в отдельных комнатах, нечего придумывать. Не нами заведено. О мебели я позабочусь. Камин обязательно, огонь мы любим, она ещё и мёрзнет. С тебя станется. Остальное по ходу, – остановила она его желание жить с Вандой в одной комнате.
Правил Келсиос не нарушал.
– Сестрёнка, я в холодильник у неё в доме заглянул, тебе придётся взять на себя её питание. Я пока не могу заняться этим слёту. Думать о еде постоянно как люди уволь, ассоциации напрягают, – объяснил он сестре, свою слабость.