Глава двенадцатая Как можно нарушить правило, не нарушая его
Вампир легко представил лицо новой студентки, вспомнил её голос, звук шагов и шорох ткани, из которой пошита одежда, но в аудитории девушка не появлялась. Келсиос отсчитывал минуты до начала занятия. Простейшая задача, необходимо сверить внутренние часы и синхронизировать их с внешним временем, а потом они сами идут правильно.
Три минуты.
Келсиос резким движением придвинулся к столу вместе со стулом, оказавшись именно там, где надо и разложил книги. Книги он, приносил ради прикола, информация, подаваемая в этих учебниках, не могла заинтересовать вампира, имеющего ученые степени по всем без исключения наукам, полученным во всех престижных университетах разных стран. Потом ему надоело играть в студента и аспиранта. Да и стоящие вузы закончились. Он снял наушники, провёл рукой по волосам, поправляя безупречную прическу.
Две минуты.
Келсиос закрыл ноутбук, встал спиной к аудитории и начал писать тему занятия на доске, удивительно каллиграфическим почерком, рассчитав на написание уйдёт сорок семь секунд.
Одна минута.
Мистер Залиникос полюбовался надписью. Преподаватель слышал, новую ученицу предупредили, как можно получить высший балл и высшую похвалу, а также насчёт его нетерпимости к опозданиям. И подготовил ей небольшой сюрприз.
«Каждый борется со скукой как может. Игра так игра. Дам ей фору. Заодно проведу черту. Как-то же она собралась устроить мне экзамен. Но пока это моя прерогатива. В этой игре оцениваю я. Прости, так получилось»:
Подумал вампир преподаватель.
Ученики занимали свои места.
Аркадия волновалась всё ли в порядке с непонятной однокурсницей, и жалела, что не пошла за ней.
Ноль минут.
Время вышло.
Девушка в аудитории не появилась.
Ванда тем временем задержалась в туалете, куда отправилась, оставив своих новоиспеченных друзей.
«Вот где можно по-настоящему оценить, что твой отец градостроитель. Туалет новый чистый, светлый. Спасибо папочка»:
Мысленно поблагодарила она отца, и с ненавистью к себе выпила таблетку и задумалась:
«Этой дряни хватит ещё на полтора месяца, а потом добро пожаловать в клинику. Но судя по симптомам в кафе, клиника призовет меня раньше. Не думаю, что папочка с мамой не переговорили. Интересно прекратив принимать эту дрянь, я смогу умереть мгновенно? Ничего подобного, предварительно я качественно помучаюсь».
Ванда подбросила пузырек на ладони, спрятала его в сумку, отдышалась, дождалась звонка, отсчитав ещё несколько секунд пока студенты усядутся, перед тем как войти. И прошла в аудиторию, после звонка, намеренно опоздав. Прийти вовремя не составляло труда. Ванда замерла на пороге в ответ на жест преподавателя остановиться.
– Я мистер Залиникос, на первый раз я не заметил вашего опоздания. Вы могли совершить такое по американской привычке, – строго отчитал опоздавшую преподаватель.
Ванда не собиралась ему отвечать, зная, пока молчишь, ты неуязвим.
Келсиос отметил тишину мыслей и наглое молчание в реальности. Вампир так давно жил на свете, что эпатаж, мог отличить и без слов, и без жестов. Невозможность услышать мысли, и наглое поведение вывели его из себя. Ему захотелось заставить её говорить.
– Как я понял общеобразовательный курс английского языка, вас вряд ли затруднит. Я не могу позволить себе даром получить гонорар, а вам даром получить высший балл в данном случае зачет. Это нечестно по отношению к остальным студентам. Прочтите, пожалуйста, тему на доске, – обратился он к новой студентке, мысленно торжествуя победу над ней.
Ванда прочла название темы, написанное на немецком языке, с трудом сдерживая ярость, перешла на итальянский язык.
– Зачем вы затеяли такую сложную игру? Проще спросить какие языки я знаю, помимо итальянского языка, я знаю, польский он мой третий родной язык. Перейдя на польский продолжила, – Хоть в немецком языке я не очень сильна, он мне не интересен. С удовольствие изучу французский и чешский языки, давно хотела прочесть «Невыносимую легкость бытия» Кундера в оригинале. Я надеюсь, эти языки для вас не проблема? – медленно, чтобы донести каждое слово, проговорила Ванда.
Аудитория в лице пятнадцати студентов безмолвствовала. После заверения не связываться с преподавателем, такое выступление все расценили как полный беспредел, который придётся покрывать её папаше. А самое ужасное, мистер Залиникос вполне мог отыграться на них. Проучившись у Залиникоса полгода, они не сомневались, такой выходки злобный преподаватель не подарит, будь она хоть дочерью президента страны.