– Завтра приду в норму. Спроси Тарью, она знает, мы с ней с утра уже беседовали по душам, именно на эту тему: «внешний вид – как тень истерики».
- Расскажешь? – заинтересовался вампир.
- Ага, после того как ты мне доложишь, что ты делаешь в спальне сестры. Дядюшка…, – съязвил Келсиос.
- Ничего, пришёл проверить как она вытравила аромат нашей гостьи, - ответил воин и смутился.
-Теперь по делу, Белисар, в понедельник, после обеда, забираем Ванду едем на разных автомобилях. Приезжаем в отель. Владельцы старые люди могут раздумать, запаниковать, мне бы хотелось купить, именно этот домик, оценишь, когда увидишь. Это не отель так часть какого-то замка, переоборудованная под отель. Место уединённое. Документы надо подготовить. Тарья проветришь «Мазарати». В автомобилях они явно ничего не смыслят, а одеться надо скромнее, чтобы не спугнуть, – обратился вампир с просьбой к сестре и брату.
– Сделаем, а какие проблемы? – согласился, Белисар и решил выяснить детали.
- Между хотеть и продать есть разница. У них только мысли, и то смутные. Мне надо чтобы они с радостью продали и исчезли, - пояснил Келсиос, - Теперь понятно?
- Ага, - ответил Белисар.
Он не очень любил контактировать с людьми, в этом случае документы оформлялись и без всего этого шоу. Но сейчас он сказал: «да». Тарья благодарно улыбнулась. С появлением Ванды вампирша как-то по-другому начала смотреть на Белисара.
Келсиос мысленно нарисовал «Девять ноль»
– Мог бы скостить и больше, – открыла торг Тарья.
– Сама оценила свои пощёчины в четыре бала, выхлёбывай, подставляться два раза смешно, – вампир напомнил себе свою истерику.
Мысли Белисара вспыхнули любопытством.
– Зачем признался, я бы молчала? – недоумение сквозило в её голосе.
– Для острастки, пусть все знают. Сестра ты права, – признал правильность её поступка Келсиос.
– Что-то новое, у нас, введены телесные наказания, для особо провинившихся. Так мы ж ничего не чувствуем, – удивился Агостон из мастерской, где верзила возился со своим внедорожником.
– Агостон, а ты обыграл Белисара сегодня два раза, из чего я заключил, что ты думаешь о моей жене, постоянно не отвлекаясь и научился мысли скрывать, начинай оглядываться по сторонам, – Келсиос остановил его желание шутить.
– Брат, ты таки рехнулся, это случайность, – поспешно заверил брата Агостон, конфликтовать с Келсиосом он не планировал, в данный момент такое поведение равнялось самоубийству.
Келсиос не ответил, необходимость встретиться и переговорить с Хионией вышла на первый план. Её мысли отыскались в ранее пустовавшей комнате на последнем этаже, вошёл без приглашения, выразив тем самым своё отношение к её поступку.
– Прости, я поступил неправильно, мне стоило предупредить тебя, но тогда между убежать и убить, грани почти не существовало. Я не оценил все риски, согласившись на предложение отца поехать к тебе. Какого беса ты привёрлась сюда? Проблем и так выше крыши, так ещё отслеживай тупого охотника, вали к себе домой, – попросил он её уехать.
Хиония фыркнула.
– Пойми, это другое. Ты не изменил мою жизнь, и к сексу, и любви моё появление у вас в доме не относится, жизнь в худшую сторону изменилась сама. Я останусь, при любом сопротивлении с твоей стороны, такое глупое решение. Говори с Фоасом только в его власти выгнать меня. Птенца я не трону, не волнуйся, но и полюбить не смогу, человеческая девушка не моя семья. Это вы высшие до мозга костей, я продвинутый охотник, знаешь, как сложно быть полу… – пожаловалась на жизнь Хиония.
– Ты мне это говоришь? Когда-нибудь сама увидишь. Так не уедешь? – спросил Келсиос бывшую любовницу.
– Не уеду, останусь, или к Фоасу, пусть ставит на голосование и всё такое, – безжалостно ответила отвергнутая любовница.
– Я не пророк, и Тарья не видит, ничего связанного с тобой, но как бы тебе не пожалеть, я за спиной, дёрнешься и твоё холенное тельце отправиться в камин, – уже спокойнее ответил Келсиос.
– Ты не психуй, если птенец тебя любит, униженной окажусь я, ты в таких раскладах сосунок, – успокоила его Хиония.
– Дура, думаешь, я её ревности боюсь? Тупой охотник, не видишь дальше своего египетского носа. Ты не знаешь, какие энергетические пласты сдвинуло твоё появление в нашей семье, а я просчитываю все варианты. И ни одного выигрышного для безмозглого охотника, пока не встретилось. Тем же занят Фоас. Играешь со смертью, – предупредил её высший вампир.
Келсиос вышел из комнаты, хотелось хлопнуть дверью, но такой жест вывалил бы стену, в этой цивилизации не существовало достаточно прочных материалов, способных выдержать ярость вампира.
«Фоас прав, все время сдерживаемся, ходим на цыпочках в войлочных тапочках. Забыли, как выглядит мощь. На нашей территории и так энергетической перебор. Так ещё и эта дура внесла свою лепту».