Ванда прошла на кухню, прислушиваясь к беседе мужчин.
– И чем занимались? – задал вопрос вежливости Борис.
– Чтобы отвлечь Ванду немного прокатились, – ответил будущий зять.
– Она вроде не расстроена? – удивился Борис.
– Умер преподаватель литературы. Я думаю, до вас дойдет информация Юрий Викторович завещал мне своё имущество. Ректор ваш поклонник, ходят упорные слухи, будто ему пришлось изучить азы строительства за свой счёт в части перекрытия крыш. Так что он постарается донести событие в светлых тонах, – не боясь показать неизвестно откуда взявшуюся осведомленность, сказал Келсиос.
– Поклонник, красиво сказано, пришлось заставить выложить немного денег, он из собак, которые без палки в сознание не приходят, – зло хохотнул Борис, он подумал, такое событие реально могло расстроить его дочь, и мысленно поблагодарил Келсиоса за внимательность.
Ванда выглянула из кухни.
– Келсиос, уходя, захвати свитер. Папа я там нашла рис с овощами. Ты уже обедал? – обратилась она к отцу.
– Отобедал, я голода не терплю, – признался он скорее Келсиосу, чем дочке.
– Тогда я поем, – не заглядывая в гостиную, сказала она мужчинам.
– Сама ест, что-то новое, – удивился Борис, и обратился к дочери, пытаясь привлечь её внимание к странности будущего мужа. – Ванда, а ты голодом Келсиоса не уморишь. При его телосложении, ему необходимо нормальное питание.
Но подумал он другом:
«Какого беса она в его в одежде. Моя дочь не похожа на дурочку, переодевающуюся в мужскую одежду».
Выводы Бориса расстроили вампира он решил заступиться за неё.
– Пусть не ест, его дома сестра кормит, папа я заварю себе чай. Тебе кофе заварить? – ответила она за будущего мужа.
Мужчины прошли на кухню. Ванда держала в руках две раскаленные чашки. Келсиос неслышно подошёл к ней и взял чашку с чаем из её рук. Ванда вручила кофе отцу.
– Сплетничаете? – спросила она мужчин.
– Послушай. Я после беседы с твоим отцом пришёл к выводу, сестричка совершенно распоясалась. Уговорила одеться не по сезону, ты замёрзла, пришлось отдать тебе свою одежду, обо мне, что-то наговорила ты на весь вечер выпала из реальности. Признавайся и быстро иначе я применю к ней крайние меры, – не таясь, спросил Келсиос.
Борис заинтересовался и текстом, и поведением. Странный мужчина напряженно простоял у окна все время, пока не вошла Ванда.
– Не подаришь? – по-деловому спросила девушка вампира.
– Нет, уговор есть уговор. Я же выполняю все условия всех договоров, – безапелляционным тоном напомнил Келсиос.
– Только без репрессий, – попросила Ванда, любящего брата.
- Хорошо, крайние применять не стану, но она получит однозначно, я решил тоже вытащить пару карт из рукава. Отнесись к этому серьёзно. Эта мелкая зараза вовлекает тебя в заговоры, со своим участием. Она в некоторых аспектах слаба. Я, опасаясь за тебя. Признавайся, что она тебе шептала приобняв, - решился выяснить Келсиос, и отчасти успокоить Бориса. Тарье в полной мере вампир все равно не доверял.
Сестра могла втянуть её в любую игру, не просчитав свою выдержку и доверие девушки к ним.
Борис слушал эзопов язык их беседы. Игра завораживала, ему самому хотелось, расширить представления, о будущем муже своей дочери.
– Здесь я попалась. Она не приобнимала меня, я случайно оступилась. А из её текста я сделала правильные выводы, кое-что из твоего мутного прошлого, перекочевавшего в настоящее, – текст как для Бориса остался непонятен полностью, но то что они гуляли втроем его упокоило.
– Сестра получит порицание, могу ведь встречи отменить, так что считай она отделалась пустяком, а ты за это не заморачиваешься моими особенностями, получалось же у тебя раньше не замечать, не всегда, но получалось, – выдвинул своё условие высший вампир.
– Дороговато, и потом я реально не видела, а сейчас как пелена слетела и Тарья здесь не при делах, – попыталась разжалобить его Ванда и честно ответила.
Келсиос согласился, что Ванда постепенно притерпелась к его ритму и начала замечать намного больше.
– А на что ты надеялась? Альтруизм дорогое удовольствие, – выдал он непонятную сентенцию.
– Предлагаешь не жалеть ни капли, сам нарвался. Смогу и легко, – ответила Ванда