Выбрать главу

– Не томи! – нетерпеливо взвизгнула Лидия.

– Перевожу. Сразу с двух языков. Вам не обязательно затевать такую сложную игру. Можно спросить, какие языки я знаю, а дальше я решила заняться изучением чешского и французского, вы же слышали мистер Залиникос заговорил на русском, – Ванда удовлетворила их любопытство.

– Ни фига себе, – восхитился Николай.

– А на каких языках ты произнесла текст? Ты что полиглот или вундеркинд? – поинтересовался Сергей.

Харитонов Сергей учился лучше всех, Ванда его заинтересовала и не только в контексте затеянной игры. Сергей понимал, новая однокурсница не блефует и не играет. Языки знает реально.

– На итальянском и польском, надпись на доске Залиникос написал на немецком. Я не полиглот, просто в своё время поездила, оказалось, память хорошая, вот и училась для отвлечения. Я люблю учиться, и с удовольствием займусь изучением языков, – ответила она, с наслаждением наблюдая за реакцией на свои слова.

– Так ты действительно решила изучать французский и чешский? – усомнился Сергей.

Никто из них не решился бы добавить себе проблем и так нагрузки хватало. На данном жизненном этапе хотелось совершенно другого. Любви, секса, вечеринок. Тем более деньги водились.

– Решила, не решила, а чем тут заниматься? – в свою очередь задала вопрос Ванда.

– Это ничего не объясняет, и особенно, причину его ярости, – попыталась вернуть в русло сенсационной сплетни разговор Марина.

– Подожди, выходит он знает языки, на которых, ты с ним по-хамски побеседовала? А ты уверена, что он ещё и французский, и чешский знает? – спросила Аркадия, до всех понемногу дошёл уровень преподавателя и студентки.

– А мне какое дело, он дал согласие, а я никогда не отступаю. Появится ещё один повод озвереть, когда я подойду за индивидуальным графиком занятий, – ответила она однокурсникам.

– Да, ты его реально достала. Если он не знает этих языков, придётся выкручиваться, при его заносчивости, реальное попадалово, есть от чего озвереть, - сделал вывод Фёдор, он не понимал, как можно выучить английский, многообразие его повергло в ужас.

Ванда внутренне сжалась. Она выдержала допрос. Ярость и ненависть поднялась в душе. Зависла пауза. Несвойственные чувства, она легко подавила.

Несовершенство Ванды отступило, она оказалась простой и компанейской. Провинциальная тоска душила всех. Редко выпадала возможность как-то себя повеселить.

– А ты быстро сориентировалась, – восхитилась Марина, – предлагаю дружить.

Ванда опять взяла паузу, и внимательно посмотрела девушке в глаза, мыслей её никто не услышал:

«Дружить, так дружить. Правда, искренности я вам не обещаю, и сколько продлится дружба неизвестно. Но они милые ребята, намного лучше подружек из прошлой реальности. Это пока милые, уверена за деланной добротой сговор. Мягко расстелили. Ну, что настелили, на том и ляжете. Что-то очень близко они меня подпустили. Игру затеяли. Наивные. Я сейчас играю»:

Кому она могла рассказать, что с того старта, на котором Ванда находилась, переиграть её не смог бы никто из присутствующих. Иногда ей казалось она слышит тексты, до того, как будут озвучены первые слова, и предвидит события, до того, как они произойдут. Как будто приподнималась какая-то завеса, и перед ней открывалась возможность заглянуть в другую реальность.

– Дружить со всеми или только с тобой. И против кого? – уточнила Ванда, справившись с собой.

Секунду назад она увидела истинные лица этих беспечных молодых парней и девушек, и не сомневалась, они отвели ей роль чучела для отработки психологических ударов. Предположение превратилось в уверенность:

«Хотя это лучше. После того как я рухнула в обморок в колледже, и все прознали о моей болезни. Жизнь превратилась в ад. Преподаватели угождают, остальные не приближаются. Понятно, умрет скоро несчастная. Там любят помогать инвалидам особенно с деньгами. Другое дело в данном раскладе. Здесь я полноценный человек. Во всяком случае, пока. Выступили они вполне доходчиво. Тишина перед этикой. Полная доброжелательность после лекций. Они затеяли со мной жестокую игру. Как в американских фильмах о тюрьме. Понятно, пришла и заняла лучше место у окна. Все приседают, папаша самый крутой в городе, после такого выпада, на иностранном, преподаватель написал бы бумажку с просьбой отчислить нахала, а мне сойдет с рук. Надо поставить зарвавшуюся дрянь на место. Интересно, какое они выберут оружие? Бить они меня начнут по самому больному, по их мнению, по моей внешности. И предложат игру в секс. Решили сделать мне больно. Что они знают о боли. Картонные придурки из современных средневековых замков. Значит война. Прекрасно. Я вам помогу её развязать. Сами попросите о пощаде. И так кого же они назначат героем любовником. Фёдор точно трахает Мариночку, на такие жертвы она не пойдёт. Николай правильный, да и на Лидку облизывается как кот на хомяка в аквариуме. Выходит, Сергей. Ну и прекрасно».