Борису показалось, что именно Фоас и родил этих детей без участия женщины, но Вайрих быстро стряхнул наваждение. Прикинув абсурдность, а вампиры мысленно улыбнулись друг другу.
«Он таки не дурак. Хоть и человек».
Озвучил коллективную мысль Агостон:
– Я тоже в холостяках, – поделился Борис информацией о своём семейном положении.
– Борис Семёнович, рад, что вы не отказались принять участие в нашем развлечении, простите, не пригласил лично, работы невпроворот, – искренне оправдался Фоас.
Ванда огляделась, настал её черед удивляться.
– Так этого… – только и успела произнести она, Келсиос легко прикоснулся пальцем к своим губам призывая к молчанию.
Борис ничего не заметил. Келсиос отметил, Борис отвлечен и договорил:
– В прошлый раз дизайн двора отличался. Агостон Тарья и Белисар развлеклись и Хиония помогла. Силу девать некуда вот и веселимся, подтащили гору и построили дорогу.
– Келсиос эффектно, но не все знают, что ты мастер в этом виде спорта. Борис разрешите вам представить. Хиония. С остальными вы знакомы, – играл роль радушного хозяина Фоас.
– Очень приятно Хиония, – ответила обворожительная женщина и протянула для приветствия затянутую в перчатку руку.
Борис качнулся в её сторону.
«Этот мужчина просто создан для меня, эта семейка просто восторг, Келсиос ты гений, конечно, так утешить меня не удастся, но как реверанс сойдет».
Все кроме Ванды и Бориса услышали её мысли.
– Контакт налажен, – прошептал на ухо Ванде Келсиос.
Семья переглянулась, а Келсиос мысленно прорычал в сторону Хионии.
– Предлагаю коньяк, кофе, – прогудел Агостон, – пока Тарья приготовит шашлык.
Вандой завладела Тарья.
– Глоток коньяка в кофе? – предложила радушная хозяйка, превратившаяся в подростка.
– Совсем чуть-чуть, – согласилась Ванда.
– А кто даст много? – тоном заботливой матери сказала Тарья.
В огромной прозрачной палатке был сервирован стол. Золотая посуда, хрусталь, фрукты, на стульях пледы. Земля в палатке застелена коврами. За пределами палатки горел большой костер. Его тепло непонятным образом согревало палатку.
– По глотку коньяка, за компанию. Молодежь пусть веселится, а мы пройдем в дом, надо кое о чём переговорить, – без преамбул предложил Фоас.
– Я ещё удивился, почему не знаю этой трассы. Она находится рядом с вашим домом? – задал вопрос вежливости Борис, понимая – он приглашен на семейное застолье, можно молчать вечно, пока действительно не возникнет необходимость, что-то сказать.
– Частная собственность, – согласился Фоас.
Борис краем глаза наблюдал, как Тарья укутала Ванду одним пледом, второй бросила под ноги, поверх ковра.
– Девочка, этот скот братец, хоть спросил тебя, не замёрзла ли ты? Хорошо, что костюм шила я. Признайся, ты не испугалась, я загрызу этого идиота, если катание с горы и всё остальное против твоего желания, – проговорила Тарья и потянулась за третьим пледом.
– Не волнуйся, это я придумала, правда, весело получилось, Келсиос сам не посмел бы, – успокоила она сестру.
«Я что до сих пор сплю. Этот бред мне грезится? Вот полное впечатление перебор, а выглядит искренне»:
Спросил сам себя Борис. Ванда согрелась, и с любопытством рассматривала убранство палатки, и благодарно куталась в плед.
– Ванда, уверяю, ты не успеешь соскучиться, я прокачусь с ними один раз, традиция. Больше ты одна не останешься, – извиняющимся голосом сказала Тарья.
– Не соскучусь, – пообещала Ванда.
– Пора начинать! Папа, у вас день для бесед с Борисом, – заряжая атмосферу весельем, призвала всех Тарья.
– Ни в чем не могу отказать детям, надеюсь, вы меня понимаете? – обратился к Борису отец семейства.
– Как никто, – подтвердил его слова Борис.
Все как по команде сбросили лишние вещи, и остались в лёгких спортивных брюках и футболках с короткими рукавами. Склон осветило солнце и шесть невероятно прекрасных фигур приготовились подняться наверх.
Борис стушевался. Хиония подхватила его под руку.
– Это наша традиция, все кто умеет стоять на лыжах, групповой спуск. Незабываемо. А вы умеете, я видела, – её голос обволакивал Бориса и звучал внутри его сознания.
Залиникосы увлекли Бориса к подъемнику.
– Поднимет всех? – с недоверием посмотрел на компанию Борис. Ему почему-то показалось, что они весят по триста килограмм каждый.
– Я усовершенствовал этот механизм под руководством Тарьи, к внедорожнику претензии возникли? – как бы между делом выяснил Агостон.
– Нет, – машинально ответил Борис Семёнович, удивляться ему надоело, он решил всё принимать без обсуждений. Изучение оставить на потом. Самое смешное, что в подъемнике вампиры не нуждались.