Компания поднимались на подъемнике вверх, Борис заметил, механизм поднимает намного быстрее, чем он ожидал.
«– Замечательная идея пригласить Бориса, хоть какие-то трудности, а то вверх и вниз, ну сколько раз удивишь Ванду, тем более она примерно ознакомлена с потенциалом. А Хиония, Борису повезло, нет слов, – открыла мысленную дискуссию Тарья.
– Далековато, да ладно, пусть, если что услышим, – Келсиос думал о Ванде»
Остальные вампиры, молча, слушали их мысленный треп.
«Даст бог, доеду с целыми костями. Надеюсь Фоас другим способом заманивает богатых клиентов в свою клинику»:
Вклинились мысли Бориса в их мысленную беседу, стараниями Келсиоса, вызвав бурю восторга, который естественно остался за рамками человеческого восприятия.
– Жутко, правда? – зловеще произнёс Агостон, а потом подмигнул Борису.
Оттолкнувшись, вся компания на бешеной скорости понеслась вниз.
«Как такое, возможно, нереально, мы уже давно должны запутаться в лыжах и кубарем катиться к подножью»:
Несясь на невероятной скорости с горы, думал Борис.
Все благополучно добрались к подножью спуска, даже не разомкнув рук. Борису показалось, как будто разогнули железные прутья, когда он высвободился из объятий Келсиоса и Хионии.
– Ну как? – проявил интерес Фоас.
– Зря я испугался за Ванду, не стоило, – принёс запоздалые извинения Борис, все ещё не понимая, как он добрался живым, а главное с целыми конечностями и шеей.
– Мы жили на Аляске. Там нам попался удивительный тренер, – промурлыкала Хиония, подхватывая Бориса под руку. – Хотите ещё раз можем вдвоём?
– Пока воздержусь, – отказал Борис, отстраняясь от Хионии и направляясь в сторону Ванды.
«Бред какой-то – эта женщина со смуглой кожей никак не могла жить на Аляске. Зачем они придумали такую сказку. А бог с ними. Но хороша, красавица».
В палатке заключалось пари. Пока Борис любовался видом и Хионией и не слышал их беседы.
– Ставлю пятьдесят тысяч, Хиония его соблазнит, – внёс предложение Белисар.
– Сто, он устоит, – сделал ставку Агостон
– Проиграешь, перед Хионией невозможно устоять, – приняла участи в пари Ванда.
Келсиос вздрогнул.
– Рискну, он странный, тем более я два раза угадал, даст бог, угадаю и третий, – не согласился Агостон со словами девушки.
– Как знаешь, – ответила Ванда.
– Я надеюсь, ты не станешь вмешиваться? Келсиос отследишь, – обратился он к брату, – иначе выигрыш не получишь.
– Отслежу, – ответил Келсиос.
Бесцеремонность братьев раздражала его, а участие Ванды в интимной жизни родного отца, вызывало тихую ярость. Ревновал он по-тихому, но ревновал безудержно.
– Агостон, перестань, мне самому интересно, – заверил брата Белисар.
Подошли Борис и Фоас. Хозяин дома жестом предложил выпить, Борис жестом отказался.
– Смотрите, – привлекла внимание всех Хиония.
По мере приближения темного пятна до всех доходил смысл происходящего. Это была Тарья. Она отдавалась скольжению, подъезжая к валунам, тормозила, отталкиваясь, рассчитывая силу, перелетала через камни, вытворяя на лету невероятные акробатические трюки, неслась рядом с трассой.
– Она не разобьется, – испугано спросил Борис.
– Нет, – отец услышал спокойный голос Ванды.
Смех Тарьи звенел в горах. Наконец она остановилась почти рядом со всеми. Солнце сияло, не верилось, что всего два часа назад они уехали из дождливого, серого, сырого города.
Ощущение покоя и радости не покидало. Ванда понимала это работа Белисара, другого способа добиться терпимого отношения между вампирами и людьми не существовало.
– Папа, а ты понравился Хионии, заметил, – обратилась к нему дочь.
Вампиры унеслись кататься с горы, так, во всяком случае, решил Борис. На самом деле они просто удались подальше от людей.
– Не зря Келсиос предупредил, – ответил Борис, испугавшись своей откровенности.
– А, я думаю зря, – опровергла его вывод Ванда
– Дочка, я не готов к такой откровенности, – попытался прекратить разговор Борис.
Ванда не успела ответить. Келсиос оказался рядом.
– Решайся прокатиться ещё раз, обещаю больше никаких предложений поцелуев, на уловки не поддамся, полный контроль, – заверил он будущего тестя.
– Согласна, – сказала она и направилась к подъемнику.
– Фоас прав на счёт вашей дочери, – услышал он рядом невероятно возбуждающий голос Хионии, – никогда бы не подумала, что Келсиос так влюбится.
В её голосе странным образом смешались сожаление, зависть и восторг.