Ванда впервые отчетливо почувствовала его наслаждение.
– Келсиос ты весь светился, я держала в руках огонь, – прошептала девушка, – а потом ты рассыпался, превратившись в невесомый тополиный пух, как такое может быть?
– Ванда, решила кусаться, – улыбнулся Келсиос, – как ты себя держишь? Пора встречаться в нормальных условиях. Не бойся меня, любимая, физиологии не будет, пока не попросишь, пожелаешь, никогда. Физиология вампирам не нужна.
Его энергия успокоила её и восполнила потери.
– Не уложись в отведенные пять минут, прошло семь, – отметил Келсиос свой промах.
Когда они вошли в палатку Фоас заканчивал нанизывать мясо на шампуры. Тарья аккуратно размещала их над угольями. Белисар разливал коньяк. Хиония, подавая бокал с коньяком, заглянула в глаза Ванде. Только она могла увидеть нерастраченную страсть, до остальных докатилась волна, никто не посмел показать, свою осведомленность. Один Борис оставался в неведении.
Келсиос вложил ключи от внедорожника в руку Агостона.
– Борис вряд ли найдёт дорогу обратно, и ещё возьмёшь Хионию, – на грани слышимости сказал Келсиос, он знал, Агостон не станет тратить силы на чтение мыслей.
– Лыжный сезон предлагаю считать закрытым, – серьёзно произнёс Белисар всё выпили с рассмеялись.
– Замечательный коньяк, – отметил Борис.
Тарья увидев округленные глаза Ванды, раздавала всем шашлык. Все с неподдельным восторгом и аппетитом принялись за еду.
– Шашлык удался, – нахваливал Агостон.
Ванда решилась попробовать, один кусочек, подумав грешным делом, не из человечины ли он. Мясо оказалось вкусным, сочным и мягким.
– Из ягненка, без кусочка жира, – успокоила Ванду Хиония, в ней боролось любопытство восторг и ревность.
– Одного ягненка явно маловато, – поддержал её Борис.
– Десятка два, но раз в год можно себе позволить, роскошь, – удовлетворенно сказал Фоас, – Белисар предлагаю налить ещё по чуть-чуть. Келсиос подал бокал Ванде.
– Ванда, я бы воздержался, – остановил её Борис.
– Пусть, не волнуйся, – Фоас взял её за руку, задержал долю секунды и отпустил, – все хорошо пусть выпьет.
Ванда пригубила напиток и отдала бокал Келсиосу. Он допил его одним глотком.
– Вряд ли это поможет узнать мои мысли, – пошутила Ванда.
– Продолжаешь издеваться? – спросил любимую вампир.
– Келсиос, я поговорил с Борисом, надеюсь, ты не станешь возражать, я от твоего имени, отказался от приданого, – услышали все текст главы семьи.
– Фоас, это правило мне известно. Чем я заплатил за любовь Ванды? – несерьезно спросил влюблённый мужчина.
– Треть от всего, – доложил Фоас.
– Больше нельзя? – теперь все стало предельно серьёзно.
– Ты не понял. Всё включает и мою часть, – поправил сына отец.
– Тогда ничего. Но правило нарушено, – упрекнул сын отца.
– В нашей семье давно никто не женился и не выходил замуж. Думаю, семья не станет возражать.
Семья радостно согласилась. Борис ничего не понимал, но решил, Залиникосы экзальтированные миллиардеры, одуревшие от денег и власти даруемой деньгами. И естественно ошибся. И ещё он отметил, его дочь здесь приняли и полюбили.
Глава девяносто девятая Закрытие лыжного сезона окончательное, или восьмерка счастливцев
Четыре часа дня.
Короткий весенний день заканчивался, в горах темнеет быстро.
Залиникосы не реагировали на такие пустяки, но добавлять неясностей не хотели. Белисар мечтал избавиться от общения с людьми, Агостон торопился выполнить порученное задание и нырнуть в нору. Одна Тарья соглашалась на присутствие Вайрихов. Ванда устала и начала нервничать. Келсиос беспокоился за неё. От одной Хионии исходило спокойствие и уравновешенность, опасности она не чуяла, охотник никогда не волнуется, если не видит явной угрозы.
Допивали и доедали, не произнеся ни слова. Следы пира исчезли как по мановению волшебной палочки. Борис в очередной раз пожалел о том, что такие работники больше не рождаются.
– Борис, разрешите Ванде остаться у нас. Уверяю все под контролем. Завтра к обеду мы вернёмся, – Келсиос обратился с просьбой к отцу девушки, а Борис подумал:
«А смысл сопротивляться. Что мои запреты изменят?»
Эта мысль относилась и к Хионии и к Келсиосу с Вандой.
– Значит, вы не возражаете? – настоял на ответе будущий зять.
– Не возражаю, – ответил Борис.
– Тогда на подъемнике к внедорожнику. Агостон и дорогу, и автомобиль знает лучше меня, – вампир быстро избавился от Бориса.
Ванда и Келсиос сидели у камина в холле. Девушка задержала руки над пламенем.
– А разве вы едите человеческую пищу? – спросила она Келсиоса.